Я не стал уговаривать патриарха, но был раздосадован. — Дал называется свободу церкви, — никакой благодарности в ответ. Ну и ладно, имеет право патриарх на свою позицию, хоть она даже, на мой взгляд, странная. Зато братишка меня поддержал. Константин, казалось бы, вообще не знал колебаний и с огромным воодушевлением воспринял готовящееся освобождение крепостных. Его горячая радость даже привела к разговорам и слухам, что-де именно он надоумил государя к этой реформе. Младший брат надо сказать, на самом деле отличался своей кипучей деятельностью. Он состоял в Секретном Крестьянском и Финляндском Комитетах, занимался внешними и внутренними займами, бюджетом, посещал подведомственное Морское министерство. Вечерами же он играл на виолончели и фортепиано, рисовал, участвовал в любительских спектаклях, сидел за шахматами. После смерти Николая и восшествия на престол брата Константин словно вырвался на свободу. Он перестал себя сдерживать совершенно и говорил прямо о своих идеях по конституции и Государственной думе, чем шокировал окружающих. Пошли откровенные намёки, что Костя рвётся к дешёвой популярности, не думая об участи верного дворянства. Эти ненужные толки привели к общему семейному совету. На нём было принято решение отправить великого князя Константина в плавание по Средиземному морю на восемь месяцев. На самом деле речь была не о ревности к братишке, а боязнь за его безопасность в это непростое время. Было решено убрать главного раздражителя подальше от Петербурга, пока ситуация не утихнет.
Как символ изменения жизни в стране виделось состоявшееся в мае освещение Исаакиевского собора. Этот крупнейший кафедральный собор являлся величайшим купольным сооружением. Его монументальный и величественный образ стал визитной карточкой столицы. Это здание словно говорило своим видом, — грядёт новая эпоха, готовьтесь все! Другим не менее значимым символом новой жизни стала демонстрация в Академии художеств картины Александра Иванова «Явление Христа народу». Это произведение шокировало современников своим содержанием. Так, в центре композиции находилась фигура Иоанна Крестителя, совершающего крещение людей, собравшихся у берега реки Иордан. Увидев приближающегося Иисуса Христа, Иоанн указывает на него… Находясь в глубине картины Христос, отделённый от других действующих лиц, идёт по возвышенности так, что он кажется поднятым высоко над толпой. И хотя вроде бы сам Христос служит центром внимания, содержание картины раскрывается словно через реакцию людей на его появление. Казалось, художник стремился показать нравственный переворот в душах людей, их порыв к святой истине. В толпе, выглядящей общей массой по отношению к Христу, выделялись отдельные персонажи. За спиной самого Иоанна находилась группа апостолов, а в самой левой части полотна изображены выходящие из воды мальчик, чьё лицо к шоку всех зрителей явственно напоминало молодого императора Александра и опирающийся на палку старик, в чьём образе отчётливо угадывался святой Николай Чудотворец. Картина вызвала столь серьёзное потрясение, что привела к многокилометровым очередям, только для того чтобы увидеть её лично. Пересуды же о содержании картины никак не стихали. В итоге само полотно было помещено в Румянцевский общедоступный музей и каждый гость столицы в это время считал своим долгом увидеть эту картину.
Помимо работы над реформой по освобождению крестьян, я занимался и другими задачами. Первым вопросом стала Аляска, а вернее, её освоение. На огромной территории жило чуть больше 1000 человек русского населения. Да, было ещё и местное, — около 10 тысяч, но всё равно это были совершенно несерьёзные цифры для такого огромного региона. Требовалось предпринять активные шаги по исправлению данной ситуации.
Дальнейшие действия Александра заставили напрячься уже другую часть российского общества, а именно казаков. Вышел указ по созданию казачества Аляски. Было обещано полное освобождение от подушной подати, говорилось также о содержании продовольствием, оружием каждого казака и наделением земли для добычи полезных ископаемых. То, что в этом регионе было обнаружено золото, — правительство уже знало. Ещё при Николае I были разведаны первые месторождения. Другое дело, что власть ничего не делала и шла только по самому лёгкому пути, — добыче пушнины. Не хватало ни политической воли, ни умения подступиться к этой сложной проблеме — золотодобыче в не самых благоприятных климатических условиях. По требованию государя донское, кубанское, астраханское, уральское, оренбургское казачество выделили тысячи семей для переселения в новый регион. Собственно говоря, сильного сопротивления власть не встретила, так как земель для казаков уже не хватало. Среди них было много малоземельных, была и откровенная голытьба. Узнав же, что власть фактически берёт на себя их содержание в первые два года, а потом обещает выкупать всё добытое золото и иные ресурсы, казачество воодушевилось даже несмотря на все разговоры о дальности и суровости края.
