— Господа студенты, профессора, до меня дошли сведения о вашем недовольстве введением совместного обучения двух полов.
— Ваше Величество, мы просим пересмотреть это решение. Женщины не должны учиться. Их удел — это семья и дети, к тому же всем известно, что они от природы глупее мужчин и не способны мыслить рационально. Эта выставка «декольтированных фей» в стенах учебного заведения, в конце концов, просто оскорбительна, — заявил один из лидеров студенческого сообщества Игнатюк.
Раздались громкие возгласы одобрения.
— Ваше Величество, поймите. Мы рады, что вы пошли навстречу высшему образованию, убрали ужасные правила для студентов, вернули прогрессивных преподавателей, но это просто не укладывается в голове. Как учёный вам скажу, что есть данные исследований, которые достоверно подтверждают наличие больших различий не только в объёме веса и мозга мужчин и женщин, но даже в отдельных частях его. Данный факт доказывает неспособность женского пола к адекватному усвоению знаний, и даже более того ведёт к прямому вреду их физического здоровья, — высказался профессор Протасевич.
Вновь раздались аплодисменты и одобрительные выкрики.
— Хорошо, скажу прямо. А вам то, что с этого, господа? Это здоровье женщин, и они сами за него ответственны или вы испугались, что, возможно, вдруг вас посрамят? — высказался Александр.
После этих провокационных слов императора зал буквально взорвался от негодования, многие вскочили со своих мест.
— Успокойтесь господа, давайте вернёмся к обсуждению. Это ведь женщины эмоциональные, а не мужчины. Или вы хотите доказать нам обратное, — громко вскричал государь.
От этих слов все прямо опешили и притихли.
— Значит так, данное новшество придумано не нами. В Европе это уже введено и эксперимент признан удачным, — продолжил император.
— Но Россия — это не Европа, Ваше Величество, — вновь возразил Игнатюк.
— Да неужели?! — с, казалось бы, неприкрытым удивлением воскликнул Александр. — А мне казалось ещё недавно, что вы вдруг отстаиваете европейские ценности для России. Что тогда ответите мне на это?
В зале наступила гробовая тишина, — на данное утверждение не было никакой возможности ответить непротиворечиво.
— Итог следующий, господа. Всю эту тему с требованиями изменить образование по европейским стандартам затеяли вы сами. Правительство пошло вам навстречу. Попытка переиграть назад, будет видеться любому здравомыслящему человеку лицемерной, а значит, допускать подобного мы с вами не имеем права. И в следующий раз требуя идти по европейскому пути, имейте в виду, что государство будет проводить всё последовательно и до конца.
Государь выходил из зала в полной тишине, а студенты и профессора сидели пришибленными. А уже буквально на следующий день газеты вышли со статьями, что это именно студенты потребовали провести образовательную реформу европейского характера, а теперь вдруг возмущаются её содержанием. В прессе пошли насмешки над глупыми студентами, которые сами не знают чего хотят. Даже прогрессивное общество внезапно переменило свой тон. Молодёжь же в этой ситуации оказалась в полной прострации от подобных издевательств и на время совершенно затихла, переживая свой позор.
Более сложной вышла встреча Александра и главы русской церкви.
— Как это понимать, Ваше Величество? — начал Филарет.
— Вы о чём, Ваше Святейшество?
— Государь, думаю понятно, что я имею в виду. Почему из образования убран курс Слова Божиего.
— Возможно, данная ситуация сложилась из-за позиции церкви, отказывающейся поддержать государство в его реформах. Правительство сейчас в уязвимой ситуации, и нуждается в одобрении своих действий со стороны патриарха как никогда.
— Очень похоже на шантаж, Ваше Величество.
— Побойтесь Бога, и в мыслях не было. Просто я не понимаю, почему государство должно тратить деньги на введение курса православия во всех учебных заведениях, если церковь не готова уступить ему даже в этой мелочи.
После этих слов патриарх вдруг замолчал. Было видно, что он переваривает каждое слово Александра.
— Всё равно нет, — заявил патриарх.
— Почему же? — удивился я.
— То, что вы делаете противно православию. Отмена отеческой заботы помещиков над крестьянами, дарование равных прав всем религиям, а нынче ещё и эта ужасная реформа образования. Мужики теперь будут грамотными, — да они после этого бунт поднимут, да в атеизм ударятся! А дать женщинам возможность учиться, — как вообще можно было ввести такое в нашей православной стране. Немыслимо! Нет, нет!!! Поддержать вас, — это значит пойти против совести!
Услышав яростную возмущённую речь Филарета, — я оказался под впечатлением и на пару секунд вдруг даже подумал, что может на самом деле ошибся. Настолько праведной и сильной эта речь мне показалась… Если бы у меня не было опыта будущей жизни, я бы, возможно, и повернул назад. Но так нет, — меня этим напором не возьмёшь.
— Хорошо, Ваше Святейшество, я уважаю данное решение. Но тогда и вы не ждите никакой поддержки от государства в учебной сфере. Мы прекратим всякое признание духовного образования, — обойдётесь без него.
