Государь создал 3 основных вида судов: мировые для решения мелких дел, общие для остальных и специальные для рассмотрения политических преступлений с особым порядком их разбирания. Суд был отделён от административной власти, а сами судьи становились лицами процессуально независимыми. В судопроизводство вводилась гласность (открытость), состязательность (появлялись прокуроры и адвокаты). Появились и присяжные. Им мог стать любой гражданин, обладающий образованием не ниже среднего, что на тот момент было достаточно высоким уровнем. Возникло право сторон и осуждённых на апелляцию и кассацию. Само следствие было отделено от полицейского дознания. Судьи назначались правительством, предусматривался образовательный и профессиональный ценз для всех судебных чинов. Высшей инстанцией становился Верховный суд, но император имел право на пересмотр любого решения и, более того, вынесения собственного приговора. Зарплата судей была увеличена в 10 раз, а за любую попытку дать или взять им взятку предусматривалась лишь одна мера наказания для обеих сторон, — смертный приговор без права помилования. На саму же реформу были потрачены оставшиеся деньги от конфискации поместий дворян. Фактически, образование и суд съели все образовавшиеся сверхдоходы страны. Теперь государство могло проводить реформы только на получаемые налоги.
Вводя в жизнь данную реформу, Александр помнил из своей прошлой жизни недостатки отечественной судебной системы. Даже в XXI веке она остаётся по существу карательной, — число оправдательных приговоров составляет порядка 0,33 процента. В Европе же, например, эта цифра стабильно достигает 20 процентов от общего числа. В данном случае была взята именно европейская практика, так как было чёткое понимание необходимости объективного рассмотрения дел. Справедливая судебная власть постепенно должна была стать опорой формирующегося гражданского общества.
Статья императора в газете, а затем последующие законы взбудоражили всё общество. Как и предполагалось, волна прокламаций в этом изменившемся настроении, практически сошла на нет, а их организаторов стали довольно быстро вылавливать. Люди же никак не могли переварить произошедшие перемены, которые были поданы в совершенно извращённой форме. Когда дворяне выступали с требованиями проведения данных реформ, они подразумевали под ними совершенно иное. Под уничтожением антагонизма сословий имелось в виду, чтобы первое сословие было окончательно закреплено как высшее, а остальные как подчинённые. Требование же независимого и гласного суда было на самом деле не чем иным, как ультиматумом к власти с требованием фактической неприкосновенности дворян перед законом. Казнь же дворянских оппозиционеров, а затем полная подмена их настоящих требований просто потрясла бывшее первое сословие. Фактически оно было окончательно разгромлено. В глубокий кризис было загнано и широкое либеральное движение, — своими действиями император фактически выбивал у них почву из-под ног. Их требования перемен приводили к таким масштабным реформам, которые никто просто не мог и представить.
Несмотря на все эти результаты общественной борьбы, становилось всё более очевидным, — это ещё не конец. Окончательно оформился самый страшный внутренний враг — революционеры, как бороться с которыми ещё никто не понимал…
Когда бурные происшествия прошлых месяцев утихли, я смог наконец-то спокойно осмыслить произошедшее. Многие пренебрегают анализом событий, что, на мой взгляд, является весьма опрометчивым. Именно такой подход учит принимать решения осознанно, а не под влиянием эмоций. Анализ прошлого помогает определить, что надо исправить в настоящем и решить, как изменить будущее к лучшему.
