Нина не выспалась, что совершенно ее не удивило. Под утро ей приснился кошмар, суть которого коротко была таковой: покойник, в лице старого деда, чем-то похожего на Григория Светлова, но Нина точно знала, что это был не он, настойчиво преследовал Нину. Куда бы Нина не пряталась от него, куда бы не убегала, все равно получалось так, что перед ней словно из-под земли вырастал этот ужасный дед. Он крайне неприятно улыбался и все пытался схватить Нину за руку. Нина отчаянно сопротивлялась, убегала, ругалась, даже пробовала драться, но навязчивого деда смогло прогнать только Нинино пробуждение.
– Господи! – на всю квартиру с облегчением выдохнула она, – ну и ночка! Отдохнула называется!
Она свалила телефон на пол, что лежал рядом на прикроватной тумбочке, так и не выключив будильника. Звуки кукареку раздавались теперь откуда-то из-под кровати, но ничуть не раздражали ее. Наоборот, она была рада их слышать, ведь они спасли ее от навязчивого деда-покойника.
На работе весь день Нина ходила задумчивее, чем обычно, была неразговорчива и, весь ее негативный настрой был особенно направлен на Влада. А тот даже не пытался, что-либо изменить. Будто выбрал позицию выжидания – выжидал, когда Нина сама захочет с ним поговорить.
После работы Нина направилась на родную квартиру. Во второй половине дня ей позвонил Саша и сказал, что вечером он будет у мамы с папой. Нина и без его звонка собиралась идти к родителям, а тут получилось, что вдвойне нужно было идти.
Нина сожалела, что поехала с Владом, а Алексей отправился в город с мамой и Сашей. Ею не двигало обычное житейское любопытство, то есть возможность просто получить информацию, да желательно поинтереснее, чтобы поразбирать ее на сплетни на досуге с подругой. Ее действительно, на полном серьезе, на уровне души, зацепила Лешина история.
«Только подумать! Его дед пришел к себе, так и получается в свой бывший дом, чтобы умереть там» – размышляла Нина. Так же она помнила ничем не прикрытую скорбь на лице Алексея. Было очевидно, что смерть деда стала для него настоящим ударом судьбы.
– А я сразу заметил, что… то есть у меня сразу возникло чувство, что он как у себя дома лежит. Я еще отругал себя за такую мысль. Вот, думаю, какая ерунда при виде покойника в голову и лезет.
– Хм, ерунда!.. – тут же завелась Нина, – ты только на меня начал бочку катить. Видите ли, мне в голову всякая мистика лезет.
– Ну, все не придирайся к словам. Я, может, от того и ругался, что сам себя непонятно чувствовал, – признался Саша и ему вдруг стало легче. До сего момента он и не знал, что ему было тяжело. А как полегчало, так все сразу и понял.
– Это просто представить! Если честно, у меня в голове эта история никак не укладывается. Я на работе никак не могла ее забыть. Все думала, думала… Хотя, чего тут уж думать? Дед умер и все, – Нина никак не могла сосредоточиться. У нее было то, чего она хотела расспросить у брата, но все никак не могла сформулировать вопросы. Вместо этого у нее получались полубессмысленные короткие предложения, которые и озвучивать было не обязательно – итак все было ясно.
Ирина Сергеевна на кухне мыла посуду, Нинин и Сашин отец дремал в спальне, включенный телевизор о чем-то рассказывал, но его никто не слушал.
– Знаешь, Нин. В принципе этот Леша, вполне себе адекватный нормальный парень. Он вчера в двух словах поделился своей жизнью. Ему не позавидуешь.
По тону, которым говорил Саша и по его выражению лица, Нина неприятно прочувствовала, что смерть деда, одна лишь из проблем Леши, что есть еще кое-что, чего Нина совершенно не знает.
– Он в общежитской квартире живет. Само по себе не здорово. Я, конечно, как понял, дед был его семьей. У него есть еще мать, но она то ли сбежала, то ли еще чего, я честно сказать не понял. Он как-то расплывчато говорил, то ли от горя, то ли не хотел говорить правду.
И вот так у Нины отпала необходимость задавать вопросы. Получается, она не зря, приняла трагедию незнакомого человека так близко к сердцу. У Леши действительно, без всяких прикрас, очень трудная, тяжелая жизненная ситуация.
– Слушай! А почему они нам дачу свою продали? И кто там у них продажей занимался? – неожиданно спросила Нина, плавая в своих мыслях.
– Нин! – удивился Саша, ведь вопрос был адресован явно не по адресу, – я тогда в начальные классы ходил. Уж это мне в пору у тебя все спрашивать.
– Вот, блин! – бросила Нина.
Она бестолково заозиралась по сторонам – папа спал, а спрашивать маму почему-то не очень хотелось.
