Эти пару минут пути Нина не прекращала думать. Она все никак не могла понять, что же таково от нее может прятать Леша. Чего он не хочет, чтобы Нина знала.
Дверь в квартиру оказалась закрытой на ключ. Нина подергала за стертую от многочисленных прикосновений ладоней дверную ручку и удивилась. Неизвестно почему, но она думала, что дверь будет открыта. Не разумно. И на смену глупому удивлению пришло недовольство своей несообразительностью. Это же была обычная квартира, только в ней проживало несколько чужих друг другу людей. Но эти люди так же беспокоились за себя и закрывали за собой дверь.
Нина позвонила и стала ждать, все еще находясь под неприятным впечатлением от себя. Дверь никто не спешил открывать. Нина подождала еще несколько секунд, прислушалась и позвонила снова. Потом еще. И, не долго дожидаясь ответа на свой последний звонок, стала стучать в дверь.
В квартире по-прежнему стояла тишина, но к удивлению Нины, дверь перед ней, словно по волшебству распахнулась.
У порога стояла девочка, привлекающая к себе своей наружностью, в которую Нина и пустила свой любопытно-изучающий взгляд. Цвет неопрятно висевших распущенных волос был средним между огненно рыжим и малиновым. Будто этими двумя яркими цветами по очереди красили волосы и в итоге получилось что-то совсем непредсказуемое. Челка свисала на глаза, и девочка поспешила заправить ее назад. Густо накрашенные глаза – темные, практически до бровей тени и в несколько слоев намазанные ресницы. Из-под пудры на щеках проступали редкие веснушки, но Нина их все же заметила. Среднего роста и стройная и, не смотря на изобилие яркости на лице и на голове, вполне себе милая, симпатичная.
«Для чего же так портить себя? Неужели нельзя сделать правильный макияж и навести порядок на голове? В голове… На голове… Порядок не помешал бы и тут и там.»
– Тебе кого? – получилось дерзковато и напыщенно самоуверенно, будто девочка заранее заставляла себя сказать именно так и именно таким тоном и голосом.
– Мне? – Нина аж даже растерялась. Она не ожидала услышать от девочки, которой на вид можно было дать пятнадцать или шестнадцать, максимум, лет, столько негатива и неизвестно откуда взятой претензии, кажется к ней, к Нине, в голосе.
– Ну, во-первых, здравствуйте! Во-вторых, – Нина постаралась говорить как можно более дружелюбнее и непринужденнее, – Алексей Синицын здесь живет.
Девочка хмыкнула, но тут же постаралась, чтобы ее недовольство осталось незамеченным. В очередной раз поправила, а больше взлохматила, надоедливую челку.
– А зачем тебе Лешка? – с вызовом бросила девочка.
Нине показалось, что рыжеволосая девчонка таким образом смеется над Ниной. Но что такого Нина ей сделала, чтобы девочка стала над ней откровенно издеваться? Или может Нина ненароком отстала от жизни и это была всего обычная подростковая игра словами с незнакомцем?
– Значит, он здесь живет, – спокойно и чуть заметно обрадовавшись сему факту, произнесла Нина.
Она сделала шаг вперед, девочка опасливо посторонилась, и Нина оказалась в узкой тесной прихожей.
– Ничего, если я пройду и подожду Лешу здесь?
– Ты уже вошла, – зло и недовольно кинула девочка,– и закрывай за собой дверь. Ни лето на улице.
Нина прикрыла дверь, девочка резких движением, проскользнула между Ниной и стеной и несколько раз повернула замок.
– Лешкина комната прямо до конца и направо, – бросила девочка, которой, казалось, разговаривать уже сил никаких не было.
– Спасибо, – чуть слышно, по сложившейся с детства привычке, произнесла Нина.
Она видела, что ее уже никто не слушает, что дверь за девочкой, в которую та юркнула, будто мышка в свою нору, захлопнулась. Только от нагнанной волны воздуха легонько колыхалась занавеска, за которой была чья-то комната.
Нина помедлила с полминуты, разглядывая стены и потолок вокруг себя и не найдя в них ничего необычного, из ряда вон выходящего, поставила сумку вперед на коврик и стала расстегивать сапоги.
Ступая по узкому коридору, Нина заглянула в комнату, дверной проем которой был закрыт тюлевой розоватой занавеской. Там, как оказалась была не чья-то комната, аобщая кухня. Беловато-серый кухонный гарнитур висел на стене, чуть поодаль стоял небольшой столик, деревянный подоконник был чем-то завален и, черно-белый пушистый кот сладко спал на мягкой обивки табурета.
Нина прошла дальше и остановилась в нерешительности у деревянной, давно крашенной, что краска начинала облупаться, слезать неровными чешуйками, дверью.
Нина была практически уверена, что комната пуста. Но сразу, без колебания, не смогла в нее войти. Рыжеволосая девочка странным образом повлияла ни Нину. Нина только сейчас ощутила неловкость за то, что пришла сюда без приглашения. Теперь она начинала сомневаться в правильности своих действий. Скоро придет Леша, откроет дверь в комнату, а в комнате увидит ее – Нину. Неизвестно, откуда у Нины взялась уверенность в том, что у нее с Лешей получиться спокойный и все объясняющий разговор. Вполне возможно, что Леша будет не рад ее здесь появлению. Или будет зол, потому что еще и устал после работы.
