Он подошёл совсем близко и посмотрел серьёзным и внимательным взглядом в моё зареванное лицо. Я отвела взгляд в сторону, пряча мордашку. Мне было не просто смотреть на него. Максим взял меня за руку и настойчиво прижал к себе, зарываясь ладонью в мои волосы и с шумом вдыхая запах моих волос, вызывая тем самым мурашки по всему моему вновь дрожащему телу. Я попыталась отстраниться, просовывая руки между нами. Но он только сильнее прижал меня к себе.
— М-максим, что ты делаешь? — дрожащий голос и порывистый вздох выдаёт моё нестабильное состояние.
— Я позвоню. Дверь запри за мной, — глухо сказал, поцеловал меня в висок и ушёл.
Глава 17 Максим
Три с половиной года спустя
Резко проснувшись, сел на кровати, потирая ладонями лицо, разгоняя сонное видение. Видение моего наваждения. Наваждение равное неуемному желанию всецелого обладания недосягаемого.
Черт! Как же я устал от неё! Она заполняет собой все без остатка. Надёжно поселилась в моих снах. Не выходит из моих мыслей. Пробралась мне под кожу. Проникла в самое сердце. И свалила…
Да свалила так, что я уже больше трех лет не могу её найти. Больше трех лет… Время вроде лечить должно, а уже хочется сдохнуть от этих процедур. Но оно день за днем не стирает из памяти её образ, хрупкую фигурку, голос, очертания губ и взор зеленых глаз. А мое сознание только подливает масло в огонь, подкидывая фантазии и рисуя картины всего того, что хочу с ней сделать.
Я хочу получить именно её. И только её! Но пока это невозможно. А то, что есть не вызывает высшую степень упоения и кайфа. Я же хочу иметь лишь её! И эта мысль порождает чувство неудовлетворенности жизнью. Она ушла и забрала с собой все краски наслаждения и удовольствия. Оставила мне безвкусную серость и пустоту, которую ничем не заполнить. Я знаю. Пробовал. А постоянное чувство неудовлетворённости уже давно сделало меня раздраженным, озлобленным, ожесточённым и разочарованным.
Ну ничего! Как только я её найду, она мне за всё ответит и заплатит по всем счетам! И лишь осознание этого не даёт мне вконец опустить руки. А я её обязательно найду. По-другому быть не может. И тогда самое главное не сорваться и не придушить маленькую зеленоглазую ведьму на месте! А всласть и вдоволь насладиться объектом моего воображения. Ожидание же только сильнее возбуждает предвкушение желаемого.
Порывисто поднялся, взглянув на время, и направился в душ.
— Максим Владимирович, — приоткрыла дверь секретарь Юлия Викторовна в мой кабинет и тихо сказала, — К Вам Игорь Петрович. Говорит по важному делу.
Кивнув головой, приглашая войти, я отодвинул бумаги и ноутбук. Встал, пожимая руку нашего безопасника, и указывая на стул поинтересовался:
— У нас проблемы?
Игорь Петрович, здоровый мужик, чуть за пятьдесят, бывший следак и завидного ума человек дела. Не спеша пожал руку и, размеренно двигаясь, сел на стул, положив перед собой на стол темно зелёную папку.
Взглянув на папку, и подумав, что зелёный цвет не сулит мне ничего хорошего, меня охватило предчувствие чего-то тревожного, мучительного, но неизбежного.
— Это Вам решать, Максим Владимирович. — бывший следак посмотрел мне в глаза прямым и равнодушным взглядом, продолжил, — Мы её нашли.
Я застыл. Не мог оторвать глаз от, жгущей взгляд и руки, папки. Страшился и одновременно жаждал взять её в руки и впитать каждую букву в себя, несущую информацию о ней.
— Всё это время она с матерью жила в Болгарии. Та вышла замуж и почти сразу увезла дочь с собой. Полгода назад она переехала в Сочи. А три недели назад Мария официально устроилась в спортивный центр администратором.
Никак не мог понять, почему всю грудь и лёгкие сжимает, будто сверху придавило бетонной плитой. Пока не дошло, что я задыхаюсь. Резко и нервно вздохнул. Но легче почему-то не становилось.
— Что-то еще? — голос прозвучал грубо и глухо.
— Да. У неё есть дочь. Скоро будет 3 года. И… — он кинул взгляд в мою сторону. Так, я не понял, он что, сейчас с жалостью на меня посмотрел? И каждый час все новой гранью сияет слово охху…ренеть! — Позавчера она подала заявление в загс на регистрацию брака. Вся остальная информация подробна изложена здесь, — пододвигая папку, добавил Игорь Петрович, — Будут ещё распоряжения?
Что я там говорил, про бетонную плиту? Бляяя. ь! Сууу. ааа! Вот сейчас меня накрыло лавиной снега, а сверху придавило айсбергом. Кровь в жилах застыла и заиндевела каждая клетка моего тела. А душу до кроев наполнили жидким азотом. Она наполнила…
Вот как можно быть такой маленькой бессердечной чертовкой?! Неужели ты так легко забыла обо мне? Ну так, я напомню!
Выныривая из леденящего душу оцепенения, я подскочил, попутно отмечая, что бывшего следака и след простыл, распахнул дверь в приёмную, нетерпеливо и резко сказал:
— Срочно один билет до Сочи, ближайший рейс!
Вернувшись, к себе в кабинет, я уже ни о чем другом не мог думать! Торможение сменялось неудержимым гневом и желанием крушить все. В первую очередь свернуть её шею!
— Максим Владимирович, а бизнес-класса нет, — в приоткрытую дверь сказала секретарша.
— Юля, да любой! — рявкнул я.
