К новой свободе полностью

Анализ отступничества показывает, что почти в каждом случае изменивший движению либертарианец был изолирован, отрезан от общения и взаимодействия с соратниками. Лучшим противоядием против отказа от дела свободы как безнадёжного или несбыточного предприятия является процветающее движение и чувство сплочённости и солидарности.

Итак, мы должны получать и теоретическое образование, и практическое, путём участия в движении. Но что же должно быть содержанием образования? Каждое радикальное мировоззрение обвиняли в утопизме, и либертарианское движение не является исключением. Некоторые либертарианцы и сами держатся того мнения, что не следует пугать людей чрезмерным радикализмом, а потому либертарианскую идеологию и программу во всей их полноте чужим лучше не показывать. Эти люди рекомендуют принять фабианскую программу постепенных перемен, заботиться только о постепенном сведении государственной власти на нет. Примером может служить налогообложение: вместо того чтобы добиваться радикальной отмены всех существующих налогов или хотя бы только подоходного, они советуют ограничиться призывом к небольшому улучшению – скажем, к снижению подоходного налога на 2%.

Что касается стратегического мышления, либертарианцам следует изучать опыт марксистов, потому что они размышляли о стратегии радикальных изменений общества больше, чем кто-либо другой. Так, марксисты видят два критически важных стратегических заблуждения, уводящих движение с верного пути: одно они называют левым уклонизмом, а другое – правым оппортунизмом. Критики экстремистских либертарианских принципов – это аналог марксистского правого оппортунизма. Главная проблема с оппортунистами заключается в том, что, ограничиваясь «практичной» программой, ориентированной на постепенное воплощение и имеющей все шансы быть немедленно одобренной к исполнению, они очень рискуют полностью потерять из виду конечную цель либертарианства. Тот, кто ограничивается требованием снижения налогов на 2%, помогает похоронить либертарианский идеал – ликвидацию системы налогообложения как таковой. Сконцентрировавшись на ближайшей цели, он помогает ликвидировать цель конечную, а тем самым и весь смысл самого либертарианства. Если уж либертарианцы отказываются высоко держать знамя своих принципов, своей верности конечной цели, кто же его поднимет? Ответ – никто, потому что ошибочный путь оппортунизма был в последние годы основной причиной отступничества в наших рядах.

Характерным примером отступничества, ставшего результатом оппортунизма, является история одного человека – назовём его Роберт,– бывшего преданным и воинственным либертарианцем в начале 1950-х годов. Войдя во вкус деятельности и быстрого успеха, Роберт пришёл к выводу, что правильная стратегия состоит в том, чтобы отказаться от всех разговоров о цели либертарианства и, прежде всего, скрыть его враждебность к правительству. Роберт начал акцентировать внимание только на позитивных аспектах либертарианства и тех его целях, которые можно достичь с помощью добровольных действий. По мере своего карьерного роста Роберт начал видеть помеху в бескомпромиссных либертарианцах и, соответственно, стал изгонять из своей организации каждого, пойманного на отрицании правительства. Потребовалось совсем немного времени, чтобы Роберт открыто и однозначно отринул либертарианскую идеологию и призвал к партнёрству между правительством и частными предприятиями, между принципами принуждения и добровольного действия, иными словами, открыто занял своё место в правящих кругах. Правда, будучи навеселе, Роберт всё ещё именует себя анархистом, но только в очень абстрактном смысле, не имеющем никакого отношения к реальной жизни.

Экономист Ф. А. Хайек, никоим образом не являющийся экстремистом, красноречиво написал о том, как важно для успеха свободы поддерживать чистоту и радикализм идеологии в качестве не подлежащего забвению символа веры. Он написал, что одной из самых привлекательных сторон социализма всегда было подчёркивание его идеальной цели, идеала, который пронизывает, воодушевляет и направляет действия всех своих сторонников. Затем Хайек добавил: