В ночь на 22 июня на большаке, пролегавшем через Пурвайскую волость, в четырех местах были перерезаны провода телефонных линий: некоторые уезды на несколько часов потеряли связь с Ригой. Под вечер того же дня застрелили направляющегося на дежурство милиционера. Следующей ночью вооруженная банда обстреляла в лесу грузовик с красноармейцами и ранила двух бойцов. Под утро в окно комнаты Айвара тихо постучали. Айвар поднялся и отворил окно. Под ним стоял Бруно Пацеплис.
— Одевайтесь и пойдемте со мной, — сказал он шепотом.
— Куда? — спросил Айвар.
— В лес, к наши м… — тихо ответил Бруно. — Вам придется командовать группой и наблюдать за дорогой, идущей через Аурский бор к северу. Ни один красный не должен уйти по этой дороге, вы будете отвечать за это. Поторопитесь, скоро начнет светать.
— Я никуда не могу уйти, — сказал Айвар. — Кто же присмотрит за домом? Пока отец не вернется, я должен оставаться в Ургах.
— Вы с ума сошли! — рассердился Бруно. — Ведь я передал вам приказание вашего отца.
— Я ничего не знаю, — Айвар пожал плечами. — Я не могу поверить каждому случайному человеку, который прибежит ко мне ночью.
— Значит, не пойдете?
— Ни в коем случае.
— Смотрите, как бы вам не пришлось в этом раскаяться, — пригрозил Бруно.
— Разрешите мне самому судить об этом, — отпарировал Айвар и захлопнул окно.
Потоптавшись на месте, Бруно в сердцах сплюнул и исчез в предутреннем сумраке. Когда он скрылся, Айвар оделся, растворил окно и выскочил в сад. По межам он направился к болоту. Недалеко от Сурумов Айвар сел в кустарнике на пригорке и стал дожидаться утра, не спуская глаз со старой избы, тихого двора и покосившегося хлева. Примерно через час там, внизу, скрипнула дверь. Немного погодя на дворе показалась стройная фигурка с подойником в руках. У Айвара сильно забилось сердце.
— Анна… — шептал он. — Ты жива и здорова… Привет тебе, мое солнышко…
Он видел, как девушка отмахнулась от весело прыгавшей вокруг нее собаки, как наконец исчезла в старом хлеву, откуда уже неслось тихое мычание коров. Тогда он поднялся и, радостно вздохнув, медленно зашагал в Урги.
Как не могло остаться без отпора вероломное нападение врага на Советскую землю, точно так же не могли остаться безнаказанными вылазки тыловых бандитов.
По заданию уездного комитета партии Артур Лидум организовал несколько вооруженных групп истребителей и сам возглавил одну из них. В его распоряжении было два грузовика и несколько мотоциклов. Вскоре по всему уезду стало известно про истребителей группы Лидума. Они всегда вовремя появлялись там, где больше всего были нужны. Стоило только врагу в каком-нибудь темном уголке поднять голову, как через несколько часов там появлялась бесстрашная группа бойцов, сваливалась как снег на голову и уничтожала осиные гнезда предателей и диверсантов. Сам народ помогал истребителям находить и опережать врага, наводил их на след бандитов и сообщал о каждом подозрительном случае в округе.
В течение недели Артур со своим отрядом провел несколько удачных операций. Боевое крещение они приняли в открытом бою с десантной группой, которую удалось окружить в Айзупском лесу. После нескольких часов боя всю группу полностью уничтожили. Оружие, отнятое у гитлеровцев, Артур распределил между своими бойцами, а часть отдал айзупским активистам, чтобы они могли бороться с врагами, если те высунут голову.
Двумя днями позже Артур обнаружил бандитскую базу в Аурском бору и дотла разгромил ее; захваченных бандитов постиг быстрый и грозный суд.
В небольшом перелеске, который вклинивался между двумя большаками, ранним утром, еще до первых петухов, истребители Артура Лидума застигли врасплох какого-то шпиона. Сидя в хорошо замаскированном убежище, он наблюдал за продвижением войск по обеим дорогам и доносил об этом гитлеровцам при помощи портативного передатчика. Когда истребители предложили ему сдаться, шпион метнул — одну за другой — две ручные гранаты и пытался скрыться, но не успел пробежать несколько шагов, как пуля, посланная Артуром Лидумом, навсегда утихомирила врага. Просматривая вещи диверсанта, обнаружили старый латвийский паспорт на имя Арнольда Друкиса, и один из истребителей признал в убитом шпионе бывшего волостного писаря, который в июне 1940 года пропал без вести.
Узнав об этом, Артур с особым интересом посмотрел на уничтоженного врага: так вот он, Друкис, которого Ян Лидум искал с первых дней установления Советской власти в Латвии… Вот он, верный слуга и наемник темных, враждебных народу сил. Сжав тонкие губы, он лежал теперь перед Артуром, унеся с собой в могилу трагическую тайну, разгадку которой Ян Лидум надеялся найти именно у него.
— Жаль, что так скоро пристрелили этого пса… — сказал Артур. — Он бы мне пригодился живым.
— Для чего? — спросил парень, опознавший Друкиса. — Это была такая гадина. Теперь он получил по заслугам.
— Он знал кое-что важное для меня, — объяснил Артур. — Сейчас ничем уже не поможешь.