Несколько дней потребовалось для выяснения личностей, а так как у Опалева и Окорокова не было с собой никаких документов, то им пришлось терпеливо ждать. Только прибытие командира полка Щербакова прояснило обстановку.
— Ну и бабуся! Молодец! Народ у нас гордый и сильный. Его не поставишь на колени, — прощаясь с бойцами, восхищался Вячеслав.
К концу 1942 года экипаж Опалева совершил сто боевых вылетов. Этот своеобразный юбилей отмечали торжественно. Когда Вячеслав и его друзья вернулись с очередного задания, командование встретило их прямо у капонира, в присутствии многих авиаторов поздравило юбиляров и пожелало им новых побед.
Сотни часов провел Вячеслав Опалев за штурвалом бомбардировщика в грозном военном небе. Сотни бомб сбросил он в глубоком тылу врага и на его объекты в прифронтовой зоне. И каждый раз на командный пункт летели его по-военному лаконичные радиограммы: «Задание выполнено...»
И вот Опалева не стало. Через некоторое время в полк пришло письмо:
«Дорогие товарищи летчики! Ваш друг, летчик Опалев, разбился насмерть. Мы нашли его на рассвете. Парашют его полностью не раскрылся. Этот страшный случай произошел ночью. Самолет летел низко. И если бы летчик, спасая свою жизнь, спрыгнул, то горящий бомбардировщик мог упасть на крыши домов. Опалев не допустил этого. Но прыгнул он поздно. А бомбардировщик, пролетев над деревней, врезался в землю и сгорел в пяти метрах от нашей речки Беличка.
Мы похоронили героя в нашем селе, и на могиле был митинг. На том митинге выступил парторг нашего колхоза и сказал словами Чкалова: «Вся Отчизна наша объята великим пламенем героизма». А мы все, затаив дыхание, слушали эту речь и поклялись так же не жалеть своих трудов, как Опалев не пожалел своей жизни для Родины.
Дорогие товарищи! Когда придет победа и к нам вернется счастье жить в мире, приезжайте на могилу вашего друга. Будем вместе с вами хранить память об этом большом человеке. Запомните адрес: село Машкино, Конышевского района, Курской области...
Остаемся Лена Семенова, Дуся Каспийская». Потери на войне неизбежны. Мы понимали это всегда. И все же потерю Вячеслава Опалева не принимали наши сердца...
А вскоре полк постигла новая беда. При налете на аэродром в районе Брянска фашистам удалось сбить несколько наших самолетов. Не вернулся с задания заместитель командира полка по политчасти майор Сергей Николаевич Соколов, пришедший на эту должность вместо подполковника Морозова, который стал командовать полком в другой дивизии. За короткий срок Сергей Николаевич завоевал среди летчиков, штурманов, техников настоящий партийный авторитет. Этого высокого худощавого человека уважали прежде всего за то, что он всегда был с людьми — ив воздухе и на земле, имел прекрасную летную подготовку, организаторские способности. Умел Соколов воодушевить подчиненных, создать у них хороший моральный настрой. Говорил он мало, но каждое сказанное слово надолго западало в сердце.
Летал Соколов с упоением, всегда рвался на самые трудные и важные задания. И выполнял их с честью, проявляя мужество, бесстрашие и стойкость. В полку его называли не иначе, как «крылатый комиссар».
Мне дважды довелось выполнять боевые задания в составе экипажа майора Соколова. В полете, как и на земле, чувствовалась в нем большая воля, вдумчивость, твердость характера. В воздухе он действовал спокойно, без суеты и торопливости. Его собранности и выдержке можно было только позавидовать.
— Партийная работа, — говорил Сергей Николаевич подчиненным, политработникам полка, — должна преломляться в повседневных боевых делах, придавать им еще большую значимость и весомость...
Соколов отдавал работе всего себя. Как солдат, он был прост и честен, в любом деле чувствовал локоть товарища и сам в нужную минуту готов был прийти на помощь любому из нас.
Среди экипажей, уезжавших с аэродрома на дряхлом трофейном грузовике, прозванном нами сентер-понтером, долго не спадало напряжение. Летчики горячо обсуждали все перипетии прошедшего вылета. Разговоры главным образом были связаны с воспоминаниями о боевых делах экипажа Соколова. Отдавалась дань высокому благородству, отваге и мужеству старшего товарища по оружию,
...Прошло несколько суток. Все решили: экипаж Соколова погиб. Штаб уже готовил письмо семье со скорбной вестью. Но волнения были преждевременными — Соколов оказался жив. Он находился в одном из партизанских отрядов Брянщины и через две недели прилетел самолетом Ли-2 на Большую землю. Боевые друзья встретили Соколова восторженными возгласами и крепкими объятиями. О том, что произошло за линией фронта, мы узнали из рассказа самого Сергея Николаевича и членов его экипажа — штурмана Петра Беляева, радиста сержанта Тодосько и стрелка сержанта Запорожского.
