– Чайка сказал, что он подежурит за тебя сегодня ночью! Ты и так сегодня постарался, так что отдыхай.
У Чайки камень с плеч упал, он, наконец, отпустил руку Долонтера и громко выдохнул.
– Чего? Ты из-за этой ерунды меня разбудил? Вот недоумок! – Поругался Волш, а потом обратился к Чайке: – Спасибо.
Чайка просиял и кивнул, а потом умчался прочь. Когда Долонтер подошёл к нему, он уже сидел на посту.
– Спасибо, что не рассказал ему. – Поблагодарил Чайка.
– Забыли. – Отрезал Долонтер.
Ночь прошла довольно быстро для всех, кроме Чайки, который дежурил на полтора часа больше. Утром, когда снова двинулись в путь, он то и дело зевал, закрывал глаза прямо на ходу и, спотыкаясь, снова принимался зевать. Долонтер улыбался этому чудному зрелищу, но ему не было жалко Чайку, он понимал, что двойное дежурство – это меньшее, что от него могли попросить взамен его ужасного вчерашнего поступка. Старик хмурился, не понимая, что происходит с Чайкой. Пару раз он предлагал остановиться и передохнуть, но Чайка упрямо отказывался. Волш чувствовал себя виноватым во всей этой неразберихе и почёсывал затылок. Однако он был благодарен Чайке – лишние два часа отдыха помогли ему выспаться, и головная боль полностью прошла. Утром он всё равно пил кофейную таблетку. Долонтер пообещал сам себе, что не выдаст Чайкину тайну, однако, его язык так и чесался всё рассказать и вместе со всеми ещё раз пожурить Чайку. Но друг сказал, что такого больше не повторится, а подрывать его статус в команде было бы не по-товарищески, поэтому Долонтер молчал.
– Нам вообще, идти долго ещё? – Наконец Долонтер не выдержал и разбавил тишину вопросом.
– Если до ворот, то не очень. – Ответил Старик. – Видишь?
За деревьями мелькала высокая бежевая стена.
– Это, должно быть, край города К.В.Е.С.Т.а. – Не то констатировал, не то уточнил Волш, вертя в руках большую карту.
– Да, это край. – Подтвердил Старик. – А где стена, там и ворота. Отыщем их и проверим.
С этими словами он поглядел на Чайку, но тот отвернулся.
Деревья, вот уже несколько дней, скрывали горизонт, поэтому большую стену удалось разглядеть только в непосредственной близости. План оставался неизменным – проверить ворота и, при условии, что они закрыты, двигаться в сторону Управления.
Ворота, к которым направлялись друзья, были расположены в лесополосе, климат тут был совсем другой. А может просто сказывалась осень, которая брала у лета свои права. Долонтер уже давно нацепил на себя теплую кофту и при малейшем ветре застёгивался поплотней. Цветастая рубашка, доставшаяся ему в первый день, была выкинута на днях ввиду износа. Долонтер облегчал свой багаж, как мог, выкидывая ненужные вещи. Он надеялся, что им на пути как-нибудь встретиться магазин с одеждой. Чайка первым придумал опустошать рюкзаки, он бы выкинул и тарелку, будь его воля, и с удовольствием ел бы с кем-нибудь из одной. Из вещей у него осталась пара брюк, футболки и кофта. Он уже давно переоделся в свою одежду. Старик подкатал брюки, хоть знал, что в лесу так лучше не делать. Сверху на нём была только тёплая рубашка, он не мёрз даже ночью. Волш всё ещё хранил свою новую серую рубашку с церемонии открытия К.В.Е.С.Т.а, только теперь она была бережно сложена и убрана в рюкзак, дожидаясь первого ручья, чтобы постираться.
К полудню стена оказалась очень близко, но дойти до неё было не так-то просто. Путникам казалось, что вот-вот деревья расступятся и обнажат белёсое строение, но нет. Они всё шагали и шагали, а стена, будто бы напротив, делала шаги от них в чащу леса.
В какой-то момент Волш не выдержал и плюхнулся у ближайшего дерева:
– Всё, не могу больше. Я вчера набегался, чтобы вам было известно! А эта стена будто бы издевается над нами! Не удивлюсь, если это голограмма.
Чайка, радостный от того, что инициатором привала был не он, тут же уселся рядом:
– Тут ведь старые технологии. Вряд ли будет голограмма, разве нет?
– Чайка прав. – Кивнул Старик. Он не сел, а просто спустил рюкзак, вытащил бутылку воды и с удивлением обнаружил, что вода заканчивалась. – Так всегда бывает. С горами похожий эффект. Ты идёшь, идёшь, а они как будто только дальше. Уверен, мы скоро дойдём.
Пока Старик пил, Чайка, пытался выспаться экспресс-сном, а Волш чесал раненый вчера локоть, Долонтер сказал:
– Я пойду, осмотрюсь.
– Дол, будь осторожен. – Предупредил Старик.
– Да ладно. – Отмахнулся тот. – Я туда и обратно. Кроме того, мы уже почти неделю не видели никого из посторонних людей. Даже боюсь представить, какова вероятность, что я кого-то встречу.
Долонтер пробирался сквозь листву, которая почему-то сделалась гуще. Наверное, он забрёл не туда. Надо бы найти какую-нибудь тропинку и возвращаться к друзьям. Зря он затеял эту вылазку.
