Однажды, будучи в Италии, в гостях у бывшего сослуживца, он увидел фотографию, стоявшую на комоде в комнате дочери. На ней была запечатлена дочь сослуживца с какой-то женщиной. И вдруг взгляд его упал на задний фон фотографии; он обомлел, увидев висевшую на стене картину, фотографию которой он видел в альбоме той выставки. У него не осталось сомнений — это именно та самая картина Модильяни, которую он безуспешно искал все годы. И вот тут Штольц проявил все качества профессиональной ищейки: он поднял все связи, выяснил через знакомого дипломата точный адрес Ермолаевой, выяснил график гастролей Большого театра. Ну, а потом — дело техники: приехал туристом в Москву, нашел Куриленко и под угрозой разоблачения приказал ему выкрасть эту картину.
— Мы задержали Штольца на его встрече с Мироном, — продолжал майор, — он нам кое-что рассказал, но каким образом отыскал Куриленко, отвечать отказался.
— А Вы арестовали этого немца? — спросил Женя.
— Да нет, опросили и отпустили, — ответил Костюк, — предъявить ему обвинение в соучастии в краже картины — гиблое дело, а признание Куриленко, грамотный адвокат квалифицирует как оговор иностранного гражданина. Зато предатель получит по заслугам, его арестовали, идет следствие, а суд, несомненно, определит ему меру наказания.
— И еще, — продолжал майор, — наше руководство выражает Вам товарищ Кудрин благодарность за помощь органам КГБ в поимке опасного преступника, а от себя лично — за спасение моей жизни. Разрешите преподнести от имени нашего руководства скромный подарок.
Он передал Жене небольшую серую коробочку, открыв которую он увидел командирские часы.
— О, как! — воскликнул Женя
— Что-то не так? — спросил майор.
— Да нет, спасибо большое за подарок, — засмущался он.
— Молодец Женя, — проговорил и Николаев, — раскрыл преступление «по горячим следам», не каждый день такое происходит.
Кудрин еще раз поблагодарил за подарок и вышел из кабинета.
Вот так Кудрин оказался счастливым обладателем сразу двух командирских часов, причем одного и того же черного цвета, словно инкубаторских.
Когда Женя зашел в свой кабинет, он увидел неожиданную картину: Слава Андреев резал хлеб, Блинов чистил колбасу, а Лева Ерихин как самый старший из оперативников, открывал бутылки с портвейном.
— Женька, проходи, тебя только и ждем, — радостно проговорил Блинов.
У оперативников уголовного розыска издавна была традиция отмечать раскрытие знаковых преступлений всем коллективом.
— Поздравляю Женя, — сказал Ерихин, — молодец, раскрыл по «горячим следам».
— Почти «по горячим следам», ведь прошло несколько дней — поправил Женя; он сегодня уже второй раз слышал эту похвалу из уст уважаемых оперативников.
— Ну, пускай будет «почти», за твои успехи! — проговорил он, выпив целый стакан вина и, торжественно поднял пустой стакан над головой.
Они выпили, закусили, потом еще выпили и еще закусили; все коллеги старались сказать Жене что-то приятное и, ему от этого было очень хорошо на душе. Дальше разговор плавно переключился на тему, кто из известных людей отправляется на пенсию, кого повысили в должности, кто получил новое звание. Это была «обязательная» программа всех посиделок коллег по работе.
— Мужики, — вдруг громко сказал Ерихин, — хватит про эту работу, она уже у меня в печенке сидит, пусть лучше Женя новый анекдот расскажет.
— Давай, давай, — подхватили сослуживцы.
— Хорошо, — ответил он, — но только один анекдот, мне нужно идти домой, я отпросился у Николаева. Ко мне родители мои должны приехать и привезти новый холодильник, взамен старого.
— Милиция арестовала группу мошенников, — начал Женя, — продававших поддельные дипломы, но на следующий день они были выпущены на свободу. — «Недостаточность улик» —, пояснил журналистам доктор философских наук лейтенант Козлов.
Все дружно рассмеялись, а Женя, попрощавшись, вышел из кабинета и быстрым шагом направился домой.
Спускаясь по лестнице в курилку, лейтенант милиции Кудрин чуть не столкнулся с молодой девушкой в светлом легком платье, бойко бежавшей вверх по ступеням.
— Ой, извини, Женечка, — запыхавшись, произнесла она. Это была секретарша начальника отделения милиции, где вот уже почти два года правил службу инспектор уголовного розыска Евгений Кудрин.
— Ах, эти барышни, — со вздохом, как бы про себя, пролепетал он и вышел на улицу в курилку за зданием, где уже толпились жадные до курева сослуживцы.
Шум машин с улицы практически не заглушал гвалт сотрудников, вышедших глотнуть воздуха.
— Привет, Женя, — заулыбались коллеги, — есть что-нибудь новенькое?
— Да вам только дай потравить, наверное, уже не в первый раз курите, хотя еще далеко до полудня, — миролюбиво пробурчал Кудрин.
— Хватит умничать, Женя, — сказал самый старший из стоявших в курилке, мужчина с проседью во вьющихся черных волосах, — выдай новенькое.
