Мольер (вылезая из плаща). Молодец! Храбрая моя старуха, иди, я тебя поцелую. Разве можно начать последний спектакль и не доиграть. Она понимает. Двенадцать лет ты со мной играешь, и, веришь ли, ни одного раза я тебя не видел одетой, всегда ты голая.
Риваль (целует его). Э, Жан-Батист, король вас простит.
Мольер (мутно). Он… да…
Риваль. Вы меня будете слушать?
Мольер (подумав). Буду. А их не буду. (Как-то нелепо двинул ногой.) Они дураки. (Вдруг вздрогнул и резко изменился.) Простите меня, господа, я позволил себе грубость. Я и сам не понимаю, как у меня это вырвалось. Я взволнован. Войдите в мое положение, господин дю Круази…
Дю Круази | Лагранж | Бутон (хором). Мы не сердимся!
Риваль. Сейчас же после вашей последней фразы мы спустим вас в люк, спрячем у меня в уборной до утра, а на рассвете вы покинете Париж. Согласны? Тогда начинаем.
Мольер. Согласен. Давайте последнюю картину.
Дю Круази, Лагранж и Муаррон схватывают маски и скрываются. Мольер обнимает Риваль, и та исчезает. Мольер снимает халат. Бутон открывает занавес, отделяющий нас от сцены. На сцене громадная кровать, белая статуя, темный портрет на стене, столик с колокольчиком. Люстры загорожены зелеными экранами, и от этого на сцене ночной уютный свет. В будке загораются свечи, в ней появляется Суфлер. За главным занавесом шумит зрительный зал, изредка взмывают зловещие свистки. Мольер, резко изменившись, с необыкновенной легкостью взлетает на кровать, укладывается, накрывается одеялом.
Мольер (Суфлеру, шепотом). Давай!
Раздается удар гонга, за занавесом стихает зал. Начинается веселая таинственная музыка. Мольер под нее захрапел. С шорохом упал громадный занавес. Чувствуется, что театр переполнен. В крайней золоченой ложе громоздятся какие-то смутные лица. В музыке громовой Удар литавр, и из полу вырастает Лагранж с невероятным носом, в черном колпаке, заглядывает Мольеру в лицо.
Мольер (в ужасе). Что за дьявол?.. Ночью в спальне?
Потрудитесь выйти вон!
Музыка.
Лагранж. Не кричите так нахально.
Терапевт я, ваш Пургон!
Мольер (садится в ужасе на кровати). Виноват. Кто там за пологом?!
Портрет на стене разрывается, и из него высовывается дю Круази пьяная харя с красным носом, в докторских очках и колпаке.
Вот еще один. (Портрету.) Я рад…
Дю Круази (пьяным басом). От коллегии венерологов
К вам явился депутат.
Мольер. Не мерещится ль мне это?
Статуя разваливается, и из нее вылетает Риваль.
Что за дикий инцидент?
Риваль. Медицинских факультетов
Я бессменный президент.
В зале "Га-га-га!" Из полу вырастает чудовище — врач неимоверного роста.
Мольер. Врач длиной под самый ярус.
Слуги! (Звонит.) Я сошел с ума!
Подушки на кровати взрываются, и в изголовье вырастает Муаррон.
Муаррон. Вот и я — Диафуарус,
Незабвенный врач Фома!
Падает третий, дальний занавес, и за ним вырастает хор врачей и аптекарей в смешных и странных масках.
Мольер. Но чему обязан честью?..
Ведь столь поздняя пора…
Риваль. Мы приехали с известьем!
Хор врачей (грянул). Вас возводят в доктора!!
Риваль. Кто спасает свой желудок?
Мольер. Кто ревень пригоршней ест!
Риваль. Бене, бене, бене, бене!
Хор врачей. Новус доктор дигнус эст!
Дю Круази. Например, вот скажем, — луэс?
Мольер. Схватишь — лечишь восемь лет!
В зале: "Га-га-га!.."
Лагранж. Браво, браво, браво, браво,
Замечательный ответ!
Риваль. У него большие знанья…
