Что они экспортировали? На Ферме не оставалось ни сена, ни молока, но экспорт шел, а Таф и его дружки толстели изо дня в день. Однажды, гуляя по берегу реки, я увидел большие черные фуры с ле! ендой на борту - «Мясник Смит и Ко.» Макс, король экспортеров, лично следил за погрузкой довольно тощих Коров. Он лучезарно улыбнулся мне.
«Мы нашли новый замечательный экспортный товар, - сказал он, - глупо быть единственной фермой в мире, не конкурирующей на рынках говядины. Сейчас, с новообретенной свободой торговли, без старых барьеров мы, наконец, на пути к процветанию.
Меньше Коров - меньше голодных ртов!
Я не был единственным свидетелем этой сцены. Несколько коней наблюдали за погрузкой и разнесли веегь по Ферме. Вскоре на главной площади собралась большая толпа: Лошади и Коровы, Свиньи, не ставшие Хряками, ин 1еллектуалы из Союза Коней и Лисы, разочаровавшиеся в «Человеческом образе жизни». «Ферма Животных - для Животных», - скандировали они. - «Не хотим на бойню!»
Ворота Белого Дома распахнулись, и оттуда выступила свора полицейских Догов. Животные свистели и мычали: со времени Великой победы Тафа над Псами они не боялись Собак. Это было ошибкой: не старые беззубые твари, но сильные и злобные Звери бросились на толпу.
Таф победил, но недовольство росло. Даже моя старая знакомая Линда усомнилась в правильности выбора, когда ее друзья исчезли в черных фурах, а ей самой пришлось стоять в очереди за Безвозмездной Помощью. Но Макс нашел выход: он поехал к старому Джеймисону Джонсону III и вернулся с договором:
«Отныне Ферма Животных переходит в собственность м-ра Джонсона. Она будет именоваться «Новая Ферма». М-р Джонсон обеспечит Животных кормом и распорядится их судьбой. М-р Таф назначается управляющим Фермы».
Договор был подписан и бурная история Фермы Животных подошла к концу. Новые Человеческие хозяева послали многих Животных на бойню: работать они не умели, а торговцев сеном Ферме не требовалось. Другие Живот ные были переведены на Центральную Усадьбу Ранчо и удостоились завидной участи племенных производителей.
Отборные Псы были брошены на подавление восстаний животных в разных местах графства. М-р Джонсон сделал ферму продуктивной: он закрыл дальние филиалы и пустил грамотных Свиней на отбивные. Компания «Манто» скупила Лис оптом, а Телевидение Джонсона закрылось за ненадобностью.
Моим исследованиям пришел конец и я покинул злосчастную Ферму. В аэропорту я встретил Лиса Макса и Борова Тафа: они уезжали во Флориду.
Челноком снует по станку календаря дата православной Пасхи и соединяет собой в единое полотно различные, казалось, не связанные между собой памятные дни. Несколько лет назад, в пропитанном ожиданиями двухтысячном году, православная Пасха совпала с западной, латинской, и напомнила о глубинной связи и единстве всего христианского мира. В прошлом году Великая Пятница, горький день Распятия, совпал с годовщиной резни в Дейр Ясине, знаковым и трагическим событием нового времени, случившимся на земной родине Христа, в Святой Земле: 9 апреля 1948 года потомки апостолов, крестьяне Дейр Ясина, были вырезаны еврейскими боевиками. А в этом году светлое Христово Воскресенье приходится на Первое Мая, главный коммунистический праздник.
И это не случайно - в основе красной веры лежат те же принципы соборности, сострадания, презрения к материальной корысти, что и в вере православной. Это глубинные свойства православной русской цивилизации. На каждом диалектическом витке русские отвергают Мамону. Не случайно коммунизм победил на духовном Востоке, а не на материалистическом Западе: Восток не мог смириться с присущим современному Западу культом Князя мира сего. Воистину, тог, кто не любит Восток - не любит дух.
Только в России может быть такое - тысячи людей наутро после всенощной службы выходят на первомайскую демонстрацию. Если бы это было возможно в советские времена, не было бы трагедии 1991 года. Ведь приход русских к коммунизму и уход от него был связан с духовными поисками. Когда в феврале 1917 года власть захватили идеологические предки Чубайса, русский народ отверг прозападный компрадорский Февральский режим и вернулся к своей глубокой идентичности, символом которой стал перенос столицы в Москву.
Но русская красная идентичность не осталась местной особенностью - она стала мощной парадигмой, зажегшей умы и сердца миллионов, показавшей миру новый путь развития. В Красном царстве различие между имущими и неимущими не было упразднено, но сузилось до терпимого. Советский человек мог не думать о том, как заплатить за жилье, свет и тепло.
Недостатки советского строя были производными его же достоинств: страна не могла дать каждому человеку новейший мобильный телефон, но она могла дать и дала практически бесплатные телефоны, не могла дать виллы, но дала квартирки, не могла создавать десятки моделей автомобилей, но дала хороший общественный транспорт.
