Подобным же образом иудейское духовенство происходило от касты жрецов Иерусалима, а фарисеи были эквивалентом пастофори культа Изиды. Членами братства были не только люди из маленького княжества Иудея, крохотного местечка на карте Ближнего Востока, утратившего свою скоротечную государственность за много лет до этого. Люди из Иудеи не называли себя «ехудим», но позже сходство названий создало миф о гом, что иудеи - родом из Иудеи. Подобная игра слов -обычное явление в историческом фольклоре: современные русские националисты возводят происхождение слова «русский» к древнему итальянскому племени этрусков. Израильтяне утверждают, что название Иерусалима - Ерушалем - происходит от шалом, «мир», а не от Шалема, семитского бога закатов. Побывавшие в тревожном Иерусалиме не могут не признать: в городе больше чудесных закатов, чем мирных дней.
Как ни парадоксально, предводители иудеев - жрецы Иерусалима и фарисеи-не-палестинцы отождествляли себя с Израилем, соседом и вечным соперником Иудеи. Они приняли палестинский цикл историй и традиций Сынов Израиля, скомпилировали старые тексты, обнародовали их, соединяли, убирали, добавляли, и создали Ветхий Завет в том виде, в котором мы его знаем. Они использовали рассказы и традиции Сынов Израиля так же, как дорический бард VIII века до н. э., Гомер, использовал «придворный эпос микенской Греции» (это слова Роберта Грейвза из его книги «Гнев Ахилла»), сочиняя свои «Илиаду» и «Одиссею», или как сделал это Писистрат, афинский тиран, в VI веке до н. э. обнародовавший тексты Гомера.
Новая Библия проповедовала радикальный монотеизм, то есть отрицание местных сущностей и проявлений Бога. Традиционная палестинская вера, как и вера других коренных наций, наполняла мир знаками Божественного присутствия. Новый «экстратерриториальный» еврейский подход напоминает об отношении музейных хранителей к искусству: евреи «перенесли все следы Бога» из маленьких святынь Палестины в свой огромный Храм в Иерусалиме. По этой причине они разрушили все храмы и святыни в Шхеме и других местах. Как Лувр, собрав шедевры живописи, оставил без них все города Франции, так и Храм в Иерусалиме стал гигантским пылесосом, всосавшим в себя весь Дух и оставившим остальную землю бездуховной.
Метафизически это соответствовало концентрации духа в Едином Боге, но мир, воспринимаемый иудеями лишился духа. Израильский археолог Исраэль Финкельштейн из университета Тель-Авива заметил в своей популярной «Раскопанной Библии»[1], что Второзаконие вознесло короля Иосию (4 Цар. 22) на самое высокое в библейской иерархии место, потому что он разрушил все святыни страны, оставив лишь одну в Иерусалиме. Неясно, насколько описание деяний Иосии соответствует реальным историческим фактам. Вероятно, следует предпочесть осторожную позицию Томаса Томпсона из университета Копенгагена, который считает всю древнюю «историю» Израиля и Иудеи более поздней конструкцией. Но для нас не имеет значения переняли ли иудейские лидеры и теологи традиции древних времён Иосии или изобрели их сами, потому что эти традиции стали основой их антипочвенной веры.
Христианство развязало этот метафизический узел. Каждая христианская церковь - это Храм. Каждый священник - Первосвященник. Тулуза и Минск священны не меньше, чем Иерусалим. Вера в Христа и Пресвятую Деву стала одновременно и всеобщей, и местной. Поклонение местным святым полностью восстановило ткань, разорванную издателями древнееврейской Библии. Христос переключил иудейский Пылесос на реверс, снял с Иерусалима непомерное бремя и снова наполнил землю духом. С разрушением Иудейского храма лопнул духовный мыльный пузырь.
Но евреи по-прежнему хотят обратить процесс вспять. Они мечтают разрушить церкви и славят Бога, низвергающего святыни безбожников. Еврей должен произнести эту хвалу всякий раз, когда видит покинутую или разрушенную церковь. Они мечтают о восстановлении иудейского храма в Иерусалиме на месте мечети Аль-Акса, что выразилось в закладке краеугольного камня этого храма. Даже Шимон Перес, «светский» еврей, призывает к созданию мировой столицы в Иерусалиме и к исполнению вечной мечты евреев. Но их мечты становятся ночными кошмарами других людей. Миру не нужна столица, не нужен и центральный храм, ибо вся Земля и есть Его Храм.
В Ветхом Завете, отредактированном фарисеями, заключены и другие пугающие идеи. Изначальная теологическая мысль человека обычно содержит в себе воспоминание о любящем союзе Неба и Земли, отражённом в любви Мужчины и Женщины. Истолковывая старые мифы о сотворении мира, гностики исповедали изначальный союз Земли Геи и Духа Божьего. Душа Адама была единосущна Христу, и св. Лука отсчитывает поколения от Адама до Иисуса. В Евангелиях говорится о союзе земной женщины - Богородицы и Святого Духа, породившем Христа. Союз Мужчины и Женщины должен напоминать нам о космическом объятии, давшем рождение Человеку, и он был центром всех мистерий, исполнявшихся в древних храмах.
