– Хозяин не рассказывал, – ответил д’Агоста. – Ходят слухи, будто он стащил их из музея, но это вряд ли. Взгляните на кости – они больше похожи на коровьи или овечьи. Старый хозяин умер пару лет назад, так что правду, наверное, никто уже не узнает.
Официант принял заказ – кувшин пива «Харп» и тарелку картошки с овощами на двоих.
– Да и сам музей – то еще место, – заметил Колдмун. – Раньше я не бывал в нем, но слышал кое-что от своего коллеги, который раскрыл здесь одно крупное дело.
– От коллеги?
– Ага. Мы с ним только что закончили два дела во Флориде и одно – в Джорджии. Боже, как я радовался возвращению на Запад! И вот я снова здесь, на Востоке. Никак от него не отвязаться.
Флорида и Джорджия. Как раз там недавно был Пендергаст.
– А что же ваш напарник? – медленно проговорил д’Агоста. – Он приехал с вами?
– Нет, меня перевели в денверское отделение, и я получил нового напарника. Это первое дело, которым мы занимаемся вместе. Он ведет расследование в резервации в Южной Дакоте, а я прилетел сюда.
Д’Агоста едва решился задать следующий вопрос:
– А ваш прежний напарник… Какое дело он расследовал в музее?
Принесли кувшин, и Колдмун разлил пиво по кружкам.
– Вообще-то, он парень молчаливый, не любит рассказывать о своих делах. Цепь убийств – вот и все, что я из него вытянул. С отрубанием голов. Он – специалист по серийным убийцам.
Д’Агоста поднял кружку, сделал большой глоток и осторожно поставил ее на место.
– Это, случайно, не Пендергаст?
Колдмун изумленно уставился на д’Агосту:
– Вы его знаете?
– Конечно. Я вел на пару с ним дело, о котором вы говорите, – убийства в музее и то, что случилось дальше. И не только. Мы много работали вместе. Кстати, я недавно заходил к нему домой, на Риверсайд-драйв.
Колдмун смотрел на него все таким же взглядом.
– Господи, как тесен мир! Я попрощался с ним две недели назад в Саванне. И он… э-э… был не в лучшей форме. – Он помолчал. – Значит, Пендергаст вернулся домой? С ним все в порядке?
Д’Агоста долго и задумчиво тянул пиво, размышляя о том, стоит ли вдаваться в подробности.
– Пендергаст… он редкая птица. Выражение лица совершенно не читается. Вы понимаете, о чем я.
Он никак не мог поверить, что молодой агент был напарником легендарного Пендергаста.
– Не читается – это мягко сказано, – ответил Колдмун. – Этот парень не раскрывает свои карты. Но он – блестящий… я хочу сказать, что он – лучший следователь из всех, кого я встречал. Кажется, будто он способен читать мысли преступников.
Д’Агоста вздохнул с облегчением:
– Это уж точно. Парень – очешуительный гений.
Он едва не рассказал о том, что Пендергаст не раз спасал ему жизнь.
– Так с ним все в порядке? Я что-то волнуюсь.
– Не уверен. Его выбил из колеи уход подопечной, Констанс. Вы с ней знакомы?
По выражению лица Колдмуна д’Агоста мгновенно понял, что так оно и есть.
– Ага, знаком.
Судя по голосу Колдмуна, особой привязанности к Констанс он не испытывал.
– Куда она делась? – спросил д’Агоста. – Вы знаете, что случилось?
И опять он понял, что Колдмун что-то знает… но не собирается ему рассказывать. Еще через мгновение тот покачал головой, и больше ничего.
– Это долгая, безумная история.
Он отхлебнул пива.
– Вы бывали в его особняке?
– Нет, все это время мы провели на юге. Он не рассказывал о своей жизни… И я ничего о ней не знаю. Кроме Констанс, понятное дело.
– Это да. Он не любит рассказывать об этом, потому что его семья… ну, как сказать, немного сумасшедшая. Чертовски странные люди. Его брат – настоящий психопат… – Он осекся. – Лучше мне заткнуться, пусть он сам расскажет вам всю эту ерунду. Он по-прежнему ваш напарник?
– Нет, мы вместе раскрыли пару необычных дел, и все.
– Значит, вы больше не будете с ним работать?
Колдмун покачал головой:
– Без понятия. Он не самый простой напарник. Наверное, вы и сами знаете.
Д’Агоста рассмеялся:
– О да. Нам нужно навестить его… вместе. Вот это будет номер!
Но он тут же понял, что это плохая идея. Пендергаст не любил случайных встреч.
– Где вы остановились? – поспешил он сменить тему.
– ФБР сняла мне квартиру на Амстердам-авеню, угол Девяносто первой улицы.
– Прекрасно. – Д’Агоста посмотрел на часы. Было уже шесть с небольшим. – Что ж, мне, пожалуй, пора домой, к жене.
Колдмун допил пиво и зацепил вилкой последнюю картофелину, потом положил на стол двадцатку и поднялся.
– Винни, спасибо, что согласились выпить со мной. Буду рад поработать с вами.
– А я рад вдвойне. Ваш звонок спас мою задницу: мы ни на шаг не продвинулись в этом деле.
Шагая через парк в сторону Второй авеню, д’Агоста восхищался этим совпадением. Оно походило на добрый знак… и впервые за долгое время у него возникло чувство, что теперь все может измениться.
Доктор Гаспар Ференц стоял на коленях перед сложным переплетением проводов и микросхем, пытаясь понять, можно ли выстроить многомерную пространственную симметрию, когда вдруг услышал тихий, но безошибочно узнаваемый щелчок открываемой оцинкованной двери.
