— И солнце возвращается, пройдя день да ночь. В раю не задерживается, — добавил второй старик, соперничавший со старейшиной в белизне бороды и в авторитете. Оба переглянулись космато и вдруг рассмеялись.
— Как там земля, в раю?
— Зачем ты сюда? — стали интересоваться селяне.
— Земля как земля. Круглая и одна. Наша не лучше других. И там, и тут один зрячий дороже мне тьмы праведников. А семь зрячих спасут мир, — так сказал Керим по прозвищу Пустынник. — Хочу мира. Такого, чтобы в нем не было будущей войны. Потому вернулся сюда.
Среди селян последние слова вызвали улыбки и смех.
— Ай, путник, нашел, куда возвращаться за миром!
— Даже Аллах не спустился бы сюда за этим добром!
Пустынник покачал головой.
— Селянин! Слепой, идущий с именем Бога к добру и к миру, умножит зло и войну. Забудь о добре, помни лишь о себе Высоком, дойди до самой смерти, сокруши слепоту ослепительной ее чернотой, и родись зрячим и готовым к свету!
Жители притихли, с почтением стали присматриваться к чертам лица возвратившегося. Он говорил не тем слогом, что привычен в их краю. А он продолжил тем временем неожиданно:
— Ишак, упав с горы, становится грудой мяса. Ему не вернуться на вершину. Орел, падая с вершины в ущелье, возвращается с добычей. Я вернулся на свою гору. Зрение — свобода, моя вера — моя добыча. Поэтому если и родится мир, не несущий семени войны, то из лона нашей земли, свободные селяне! Или исчерпается смыслом наша земля и зачахнет. И тогда ясности не одолеть хаоса, и гибель постигнет человека, и не дойти ему до себя свободного и способного к любви!
Жители кишлака сперва постояли в редкой коллективной задумчивости, а потом, сперва те, кто помоложе, а вслед за ними и зрелые годами принялись приветствовать Керима и правоту его слова, если и не вполне понятного уму, то доступного, родственного собранному ими опыту. Что означают эти слова в его устах — бог ведает, зато — по-нашему, красиво сложил, с достоинством… Свобода и способность к любви…
Последними приняли слово Пустынника и два старейших аксакала.
Гаспар Картье, Мария Феретти, Цвен Кунц, Пьер Хартман, Денис Боу — сотрудники международной гуманитарной организации «Хьюман Сенчури».
Игорь Балашов, писатель. В первой книге, «Кабул — Кавказ», описано, как он оказался участником событий, непосредственно связанных с поиском пропавших европейских правозащитников Картье и Феретти, а также с действиями группы опытных террористов, в 2000-м году направленных из Афганистана в Германию Зией Ханом Назари и его приближенным, Одноглазым Джуддой, для совершения там масштабного теракта в ходе матча футбольного чемпионата мира 2006-го года.
Галя, бывшая подруга Балашова, художница.
Фима Крылов, друг детства Балашова.
Витя Коровин, издатель, приятель Балашова, заинтересован в издании его романа о террористах.
Боба Кречинский, модный писатель-постмодернист, приятель Балашова.
Владимир Логинов, журналист, бывал в Афганистане и на Кавказе, занялся розыском своей знакомой, итальянки Марии Феретти и швейцарца Гаспара Картье, пропавших на Кавказе. В ходе розыска познакомился с Балашовым.
Маша Войтович, ТВ-журналистка, познакомилась с Балашовым в связи с его романом, в результате между ними возник свой роман.
Ута Гайст, журналистка из Кельна, давняя подруга Маши Войтович, знакомится в Москве с Балашовым и с Логиновым, помогает Логинову в поиске Марии Феретти и Гаспара Картье. Между Утой Гайст и Логиновым возникла любовная связь. Книга «Кабул — Кавказ» заканчивается тем, что Ута Гайст уезжает в Кельн и забирает с собой Логинова, которого намерена устроить там на журналистскую работу.
Отто Юнге, старый немецкий журналист из Кельна, специалист по Афганистану, добрый знакомый Уты Гайст.
Роберт Беар, тоже журналист из Кельна, коллега Отто Юнге. Беар непосредственно связан с немецкой разведкой БНД.
Шеф — шеф-редактор «РЕГ» в Кельне, журналист, давний знакомый господина Беара.
Павел Кеглер — российский журналист.
Григорий Колдобин — российский журналист.
Чары — туркменский журналист.
Турищева — секретарь Союза писателей России. Хитрая и кокетливая женщина. Именно она заметила в Балашове автора, который может написать роман, нужный руководителям СП по конъюнктурным соображениям.
