Теперь о тех, кто стрелял и в кого стреляли. Согласно общепринятой сразу же после революции версии, исполнителями стрельбы были солдаты армейских частей, которые были переданы в момент кризиса в оперативное управление политической полиции, секуритате.
Однако после окончания первого президентского срока Иона Илиеску и перехода власти к Эмилю Константинеску стали говорить о том, что приказы на стрельбу отдавали именно те генералы румынской армии, которые впоследствии были в первых рядах противников Чаушеску.
Конкретно речь идет о трех генералах:
— генерал-лейтенанте Викторе Атанасиу Стэнкулеску (на момент румынской революции — первый заместитель министра обороны Румынии);
— генерал-полковнике Штефане Гузе (на момент событий — также один из заместителей министра обороны);
— генерал-лейтенанте Михае Кицаке (тогда — командующий химическими войсками).
Более того, в 1999 году — при правлении Константинеску — Кицак и Стэнкулеску были приговорены к длительным срокам тюремного заключения за применение силы в Тимишоаре в начале румынской революции. Причем Стэнкулеску фактически избежал наказания, так как в момент приговора находился в эмиграции в Лондоне. А генерал-полковник Гузе, которого также обвиняли в применении силы в Тимишоаре, не был привлечен к судебной ответственности, так как скончался в 1994 году от онкологии.
Отметим, что в 2001 году, после «второго пришествия» Илиеску к власти, Стэнкулеску и Кицак были полностью оправданы. И теперь оба генерала ведут жизнь привилегированных румынских пенсионеров.
Что же касается самих демонстрантов, то в адрес главной «жертвы» и фактического организатора тимишоарских событий Ласло Текеши в постреволюционной Румынии звучали обвинения в сотрудничестве с секуритате. Более того, эксперты считают, что само венгерское национальное движение в Румынии достаточно плотно контролировалось как собственно румынской госбезопасностью — секуритате, так и венгерской разведкой, которая давно рассматривала своих братьев-венгров в Трансильвании как ключевой фактор дестабилизации Румынии. Причем такая венгерская (явно «не братская») позиция в отношении союзницы по Варшавскому договору и СЭВ, видимо, была санкционирована Москвой, с которой у Бухареста не складывались отношения.
Для секуритате поддержка (точнее, инфильтрация агентуры и захват ключевых позиций) в среде венгерских диссидентов имела свои резоны.
Во-первых, венгерские диссиденты — это инструмент давления как на самого диктатора, так и на ненавистную для ГБ армию.
Во-вторых, в Трансильвании значительная часть старшего и среднего офицерского состава секуритате состояла из местных венгров. И они уже вели свою игру, которая рано или поздно просто не могла не разойтись с целями режима Чаушеску.
В свете всего вышесказанного не исключено, что беспорядки в Тимишоаре были спровоцированы самой секуритате, которая хотела добиться своих целей. Например, «подставить» армию участием в подавлении беспорядков. Или… Возможно, игра была еще тоньше.
В 2003 году бывший высокопоставленный сотрудник охраны Николае Чаушеску, Думитар Бурлан, издал книгу «После 14 лет молчания двойник Чаушеску исповедуется». В ней он рассказывает о своей службе в охране Чаушеску, быте этой семьи, а также о своей специальной роли: в течение многих лет Бурлан исполнял роль двойника Чаушеску в операциях по организации передвижения диктатора по Бухаресту.
Так вот, Бурлан, который был очень близок к семье диктатора, вспоминает, что накануне революции 1989 года сын диктатора — Нику Чаушеску — вынашивал планы ограничения президентских полномочий отца и передачи всей полноты власти себе самому.
Забегая вперед, подчеркну, что итогом всей рассматриваемой румынской коллизии стали массовые расстрелы секуритатчиков, и что одним из центров этих расстрелов стала «вотчина» «красного кронпринца» Нику Чаушеску — Сибиу. Понятно, что в Сибиу верхушка местной секуритате — это доверенные люди сына диктатора, а весь более-менее толковый офицерский состав — это доверенные лица доверенных лиц. Таким образом, массовые расстрелы секуритатчиков в Сибиу — это удар по кадрам сына диктатора.
Более того, из всех детей Николае Чаушеску (кроме Нику, в семье был сын Валентин и дочь Зоя) Нику провел в тюрьме после расстрела родителей больше всех — шесть лет. А вот после освобождения из тюрьмы в 1995 году и до самой смерти (через год, в 1996 году) Нику Чаушеску оказался единственным из детей покойного диктатора, который сумел «прилично пристроиться» в серьезную внешнеторговую компанию.
