Делать из такого противостояния далеко идущие выводы нельзя. Возможно, это противостояние носит частный характер. Но оно зафиксировано на уровне прямых публичных высказываний данных фигур. И с аналитической точки зрения обладает слишком большой ценностью, ибо полностью разрушает миф о «чекистско-либеральном противостоянии».
Заостровцев очевидно примыкает к группе Устинова. И противостоит Патрушеву.
Грызлов, а впоследствии и Нургалиев противостоят группе Устинова. То есть, как минимум, в этом деле находятся по одну сторону барьера с Патрушевым. Бирюков лишь сопровождает Устинова, а не занимает автономную от Генпрокурора «протрехкитовую» позицию.
А за всем этим стоят уже другие, в том числе и международные, «расклады». Попытаемся уточнить их, исходя из заявлений Зайцева и установленных фактов. То есть перейдем к рассмотрению истории о «Бэнк оф Нью-Йорк», к которой постоянно апеллирует Зайцев, анализируя внешние «трехкитовые» выходы.
Напомним, что скандал с «Бэнк оф Нью-Йорк» возник в августе 1999 года и больше года привлекал особое внимание политиков и СМИ как в США, так и в России. Тогда правоохранительные органы США обвинили сотрудников «Бэнк оф Нью-Йорк» (БОНИ) Л.Эдвардс и Н.Гурфинкель в содействии проводкам через этот банк крупных сумм денег подозрительного происхождения.
Формально дело началось еще в августе 1998 года. В тот момент сотрудники ФБР США по просьбе МВД РФ начали отслеживание прохождения суммы в 300 тысяч долларов США. Эти деньги были выплачены в качестве выкупа за похищенного гражданина РФ Э. Олевинского.
ФБР установило, что указанная сумма была переведена в БОНИ на счет компании «Бэкс», которой управлял бизнесмен российского происхождения П.Берлин.
Со счетов «Бэкс» эти деньги через оффшорный банк были переведены в московский Собинбанк.
Чуть позже сотрудник одного из подразделений «Рипаблик Нэшнл Бэнк оф Нью-Йорк» сообщил ФБР о необычных переводах со счета и на счет компании «Бенекс», которой также руководил Берлин.
ФБР начало расследование подозрительных транзакций. Первое, на что наткнулись американские следователи, было то, что женой П.Берлина была вице-президент лондонского отделения БОНИ Л. Эдвардс.
Далее открытия следствия шли по нарастающей. Выяснилось, что только с октября 1998 года по март 1999 года (то есть в самое тяжелое «постдефолтное» время) через счет компании «Бенекс» в БОНИ было «перекачано» 4,2 млрд. долларов.
Кроме того, была установлена причастность Берлина к деятельности фирмы «Торфинекс» московского бизнесмена А.Волкова. В этой компании Берлин имел право подписывать финансовые документы. Аналогичными правами обладал Волков в компании «Бенекс».
По данным следствия, «Бенекс», «Бэкс» и «Торфинекс» служили базой для перевода денег без надлежащей лицензии в течение трех лет — с 1996 года по август 1999 года. И это при том, что Комиссия по финансовым рынкам и банковской деятельности США (SEC) запретил компании «Торфинекс» операции по переводу денег еще в 1997 году.
В причастности к «афере БОНИ» подозревались, как минимум, три российских банка — Собинбанк, «Депозитарно-клиринговый банк» (ДКБ) и «Фламинго-банк».
Подчеркивалось, что крупные пакеты акций Собинбанка и «Фламинго» приобрел пострадавший от августовского кризиса 1998 года банк СБС-Агро. А членом совета директоров Собинбанка являлся А.Мамут, которого считали фигурой, близкой к окружению президента Ельцина.
При этом 18 февраля 2000 года замначальника ГУБЭП МВД РФ Ю.Демидов заявил, что участие Собинбанка и «Фламинго» в проводке денег через БОНИ — «доказанный факт».
В связи с этим отметим, что в сентябре 1999 года в США побывала делегация российских спецслужб, целью которой было налаживание сотрудничества с американскими правоохранителями по делу БОНИ. Главой делегации был заместитель директора ФСБ РФ В.Иванов. Тот самый В.Иванов, который в «эпоху Путина» станет сначала зам. главы АП, а затем помощником Президента РФ по кадровым вопросам. В связи с этим укажем, что В.Иванова торопливые журналисты с ходу причисляют к этой самой «группе Сечина-Устинова». На самом деле элитная структуризация, конечно же, намного сложнее.
По итогам визита В.Иванов дал интервью ИТАР-ТАСС, в котором заявил, что ни ФБР, ни другие американские спецведомства не представили российской стороне никаких доказательств того, что российские компании «отмывали» деньги через БОНИ. Более того, Иванов решительно заявил, что ему не привели ни одного факта (!!!), подтверждающего участие российских фирм в нелегальных транзакциях.
В ответ на это «американские товарищи» в лице Минюста, Минфина, Госдепа США и ФБР тут же заявили, что они умышленно воздержались от предъявления россиянам специнформации, так как «расследование находится в активной фазе». Что, фактически, означало публичное выражение сомнения в непредвзятости российской делегации во главе с В.Ивановым.
