Эта убийственная заявка в культуре делается не столь лобовым образом, как в экономике. Потому что с этим сосуществуют культурные деятели советской эпохи. Одни сосуществуют с этим, олицетворяя собой успех. Другие прозябают, третьи загибаются. Но и тех, и других, и третьих время от времени показывают на экранах телевизоров в качестве культовых фигур, призывающих избирателя сделать правильный выбор. После этого их опять запихивают в пронафталиненный сундук и начинается системная культурная оргия.
Суть этой оргии именно в том, чтобы поменять местами низ и верх. Низ существует всегда. Но у него есть свое место. Когда шпана распевает песни в подворотне под гитару, это нормально. Но никто ведь не хочет сделать этот блатняк культурной нормой? Или хочет? И делает? Но тогда триумфом подобного делания должна стать «Мурка» как гимн Российской Федерации.
Поменять низ и верх можно только с помощью двух операций. Сначала поставить низ наверх. А потом верх запихнуть вниз.
Модель реальности и реальность отличаются друг от друга. Но если я прав в главной своей идее, положенной в основу модели (а идея эта — смена верха и низа), то реальность ждут соответствующие постепенные трансформации.
Может быть, Маркс и огрублял общественные процессы, говоря о базисе и надстройке. Но если в базис (экономику) поместить обычный криминалитет, а в надстройку (культуру) — криминалитет культурного типа, то осуществится взаимоподпитка базиса и надстройки. «Вор в законе» становится хозяином жизни. Ему нужна в культуре «Мурка».
Одно дело, когда ему говорят: «Нет уж милый, раз ты стал хозяином жизни, то соответствуй — уходи от «Мурки», читай Шекспира». Так еще можно выйти из капитализма первоначального накопления. И именно так — за счет предельного обострения отношений между базисом и надстройкой, капиталом и культурой — и организовывался подобный выход. У капитализма эпохи первоначального накопления есть и другое название — Ад. Низ без верха. Поскольку низ без верха не может поддерживать себя на определенном уровне, он через какое-то время начинает понижать уровень. Это единственный способ, которым он может существовать. Шекспир не приедается. Его идеи, образы и метафоры могут обновляться, открывая у общества новое дыхание. Порно приедается. И его надо заменить сначала жестким порно, потом гладиаторскими боями. Великие чувства не притупляются. Острые ощущения притупляются.
Строители великих капиталистических государств могли опираться на свой капитал, в том числе и гангстерский. Но они ему не потакали. Они его не «облизывали». Они ему открывали новые горизонты. Потому что им нужны были государства. И они понимали, что без такого «культурного» выволакивания гангстеров наверх они государств не построят. Ленин мог опираться на Камо. Но ему для государственного строительства нужен был Станиславский. И понятно, почему.
А если Большому театру выделяют на реконструкцию миллиард долларов и при этом ставят в нем сорокинских «Детей Розенталя», — мне тогда уже все равно, на сколько процентов увеличился валовой внутренний продукт (ВВП). Потому что если Сорокин — флагман культурной политики, то общество — бордель. И так ли важно, насколько вырастет ВВП борделя? И какие ракетные установки поставят на его крышу? Потому что никакие ракетные установки бордель не защитят.
А главное — зачем борделю сопротивляться-то? Чтобы всех, кто упрямится, все-таки загнать в этот самый «суверенный» бордель? Невозможно удержать страну, если сначала ради ее единства угробить на Кавказе тысячи молодых парней, а затем предлагать населению все то, что я описал выше в связи с «идеологической эротикой» и т. д. Исламская культура очень сильно стережется постмодернизма, и в этом я полностью на ее стороне.
Как удерживать в отсутствие смысла? А главное — как отстаивать АНТИ-смысл? Потому что Сорокин — это именно АНТИ-смысл.
Не вообще Сорокин! Он ни при чем. Пусть он пишет, издается… Пусть где-то будет порно и все прочее. Человек греховен, люди разные… Вопрос не в Сорокине и не в порно, а в государственной культурной политике. Потому что если Сорокин — флагман культуры, то Пушкин и Шолохов — андеграунд. А то и запрещенные авторы.
Какая бытийственность? Какая мобилизация? Расставляя приоритеты таким образом, можно только показать «граду и миру», что задача не в том, чтобы вытаскивать людей из грязи, а в том, чтобы затаскивать их в нее. Но не абы как, а одновременно с укреплением вертикали власти. Чтобы даже те, кто не хочет в грязь, — «лезь и не рыпайся!».
А как в этих случаях вы будете мобилизовывать на борьбу за целостность России? Это же абсолютно конкретный вопрос!
То, что я сейчас обсуждаю встревоженно и предельно корректно, на сотнях сайтов обсуждается в совсем другой, убийственной для государства, интонации. И что отвечает «чик»? «Чик» ничего не отвечает, потому что этого не видит. Точнее, это для него абсолютно несущественно. На то он и «чик».
