Логан сразу же нашел ее взглядом и расплылся в улыбке, от которой его суровое лицо тотчас стало нежным. Следом он заметил Дот и вопросительно вскинул бровь. Джинни пожала плечами, пока он шел к их столику.
– Привет, Дот. Что привело тебя в город?
– Логан! Прошу, присоединяйся к нам. Слышала, вы с моей племянницей сошлись.
Джинни с восторгом отметила, как покраснели щеки Логана.
– Эм… да… мы… То есть я…
– Да садись уже, Логан, – перебила Джинни со смешком, и он с признательностью устроился рядом с ней. Аделин подала ему привычный черный кофе, и он с улыбкой ее поблагодарил.
Пристальный взгляд Дот устремился к двери. Она взволнованно дергала ногой под столом, то и дело задевая Джинни. Неужели тетя нервничала перед встречей с Норманом? Он, конечно, угрюмый, но не сказать чтобы пугающий.
– Что происходит? – прошептал Логан ей на ухо, нарушая неловкое молчание.
– Тетя Дот пригласила Нормана, чтобы мы могли все уладить, – ответила Джинни, прильнув к его успокаивающему теплу.
– Хорошо. Мне бы тоже хотелось кое-что с ним уладить, – пробормотал он.
Джинни уже собралась напомнить Логану, что драться с Норманом строго запрещено, как дверь снова открылась, и тот вошел в зал.
Норман оглядел кафе, пока не наткнулся взглядом на Дот. Та резко вдохнула, все ее тело напряглось. Его взгляд задержался на ней – как будто впитывал, жадно, отчаянно. Джинни буквально ощутила это: тоску, боль,
Норман поправил очки и пригладил жилет. Джинни заметила, как Дот заправила за ухо выбившуюся из пучка прядь седых волос, пока Норман шел к ним. Щеки тети залил нехарактерный для нее румянец.
– Дороти, – поприветствовал он, слегка кивнув.
– Норман.
Джинни покосилась на Логана. Он вскинул брови и пожал плечами, чувствуя в этой ситуации такую же растерянность.
– Я хотел бы извиниться, – начал Норман.
– Еще бы ты не хотел, – процедила Дот, и воображаемые мультяшные сердечки, кружившие над ее головой, посыпались на пол.
Логан подавил смешок, и Джинни пнула его под столом.
– Прошу прощения за весь ущерб, который я причинил кафе и душевному состоянию Джинни. Все зашло дальше, чем я рассчитывал, – он поймал взгляд Джинни, и она слегка кивнула ему в знак прощения.
Сидящий рядом Логан, который не разделял ее снисходительности, сверлил его сердитым взглядом. Норман вновь посмотрел на Дот. Впрочем, она тоже не отличалась сочувствием. Бедняга. Джинни и впрямь стало его жаль. Она сочла настолько неловкий разговор чрезмерным наказанием.
– Ты терроризировал бедную девушку! Перепугал ее до полусмерти посреди ночи!
– Если уж быть честной, это был не он, – перебила Джинни, но Дот не удостоила ее вниманием, не сводя глаз с Нормана. У несчастного мужчины выступила испарина на лбу.
– Я никогда не хотел доводить до этого. Просто думал немного пошуметь… Но все вышло из-под контроля. Я оплатил ущерб.
– Что ж, – фыркнула Дот и скрестила руки на груди. – И на том спасибо.
Норман напряженно кивнул:
– Знаю. Мои поступки непростительны.
– Вы уже прощены, Норман, – сказала Джинни, и Дот смерила ее взглядом, но выражение лица тети смягчилось. Джинни смотрела то на Дот, то на Нормана, но они так упорно не сводили друг с друга глаз, словно ее вовсе не существовало. Она ободряюще подтолкнула тетю в плечо.
– Полагаю, раз Джинни тебя простила, то и я смогу. Возможно.
Норман вздохнул и слегка расслабился, но на его лице все еще виднелась тревога.
– Я страдал, – признался он. – Когда ты уехала, я подумал, что спустя столько лет совместной работы… ну, мне казалось логичным, что я выкуплю это кафе. Что именно я стану твоим преемником.
– Или же ты мог поехать со мной.
– Что? – Джинни зажала рот ладонью, потому что не собиралась больше вмешиваться, но, право слово, что?!
Норман моргнул, открыл рот, а потом закрыл его снова и наконец произнес:
– Дороти… я не понимаю.
Тетя Дот издала протяжный вздох:
– Конечно, не понимаешь. И это, наверное, наполовину моя вина. Но причина, по которой я не оставила тебе кафе, в том, что я надеялась – ты тоже уйдешь на пенсию. И мы… мы, возможно, могли бы… наконец…
Дот замолчала, когда Норман опустился на ближайший стул.
– Я н-не знал, – пролепетал он.
Дот вяло пожала плечами, вся злость покинула ее.
– Я же тебе не говорила.
Джинни всегда видела свою тетю исключительно уверенной в себе и сильной, шагающей по жизни с прямой спиной. Но сейчас, когда Дот смотрела через стол на мужчину, в которого, судя по всему, была влюблена уже много лет, она казалась робкой, даже взволнованной, и Джинни почувствовала, как у нее самой в животе затрепетали бабочки.
– Может, нам лучше уйти… – прошептал Логан, но Джинни отмахнулась:
– Тише.
Она ни за что не ушла бы в такой момент. Становилось все интереснее. Этот город и впрямь на нее повлиял.
Норман потянулся через стол и взял Дот за руки:
– Дороти, я уже много лет в тебя влюблен.
Дот всхлипнула, и Джинни пододвинула к ней салфетку. Она ни разу в жизни не видела, чтобы ее тетя плакала. Дот вытерла глаза и вновь вложила ладони в руки Нормана.
