– Единственный сын проигрался. Деньги нужны были срочно. А чтобы стать зарабатывающим магом, необходимо как минимум окончить Академию.
Бер стоял, слушал. Глотал ругательства. По долгу службы он с чем только не сталкивался. Но к подобному привыкнуть не мог. Ведь от своих получить удар, осознать, что тебя продали старому уроду… Бедная девочка.
Он не стал выдавать своего присутствия. Оставил боевиков одних. И тихо ушел, пообещав себе зайти к Картеру позже. И обязательно поговорить с ним о Рине.
Уже уходя, он услышал, как Картер спросил у Корвина:
– Вы уничтожили все?
Даже не услышав ответа, Бер дар Арлан понял, что рядом с поместьем, где держали Генриетту, еще лет сто ни травинки не взойдет.
– А ее семья? – спросил Картер.
– Что семья?
Корвин сидел на полу, по другую сторону решетки. Они с Картером по очереди протягивали друг другу эль, который магистр предусмотрительно перелил в изобретение профессора Дин, предназначенное специально для боевиков. Совсем маленькая бутылочка, в которую влезает недельный запас жидкости на одного мага. Напиток сохраняет оптимальную для него температуру.
– Вы их казнили?
– Нет.
– Добились, чтобы их осудили?
– Тоже нет.
– Тогда что?
– Я предоставил их собственной судьбе.
– Что?! Это несправедливо! Как вы могли?!
– Ты неправ.
– Почему?
– Потому что жизнь справедлива. И никто не уйдет безнаказанным.
– А Генри… За что наказали ее?
– Ее не наказали. Ее убила какая-то сильная и жестокая тварь. И можешь мне поверить, это сделала не та девчонка, которую взяли безопасники.
Корри протянул руку через решетку и забрал у Картера эль.
– Да почему вы все ее защищаете?
– Рийс никого не защищает. Он хочет докопаться. А ты и сотоварищи ему помешали. Так что сочувствую вам.
– А вы?
– Я… учил и Рину, и Генриетту. Так вот – могу тебе с уверенностью сказать: Рина не могла с такой силой вогнать кинжал в тело живого человека. Даже если бы Генри стояла вообще не шевелясь. Метнуть – возможно. Но подойти и воткнуть – нет.
– А если она была под воздействием?
– Картер! Ты боевик! Думай! Если она была под воздействием, кто нас интересует?
– Тот, кто все это провернул.
– Точно! А теперь вопрос: где убили Генри?
– Мне сказали, что на берегу.
– А нашли?
– Я нашел ее в подвале Академии.
– Отлично! Как Рина, если это была она, дотащила тело?
– Охранка должна была сработать.
– И это тоже. Генри сколько весит? А Рина эта?!
– Но вес можно уменьшить.
– Не было такого воздействия. Я осматривал тело. Может, профессор Дин еще что-то найдет. Или Верховный. Но вряд ли.
– Тогда зачем?
– Арестовали девушку? Карте-е-е-ер!
– Хотят, чтобы мы поверили.
– Возможно. Но меня другое волнует. Почему подставили именно Рину? С тем размахом, что они действуют, могли подставить любого. Тебя, меня.
– Лишение магии и рудники, – пробормотал Картер. – Если ее судить и доказать вину, то это не смертная казнь.
– Значит, кто-то хотел, чтобы мы лишили девушку магии.
Корвин вышел из казематов. Выстроил портал в Академию. И только увидев вокруг белые башни, устремленные в холодные синие небеса, вздохнул всей грудью.
– Уф-ф…
Все-таки казематы замка Граха… Мрачное место.
Высоко в небе, словно соглашаясь с мыслями магистра, горько закричала птица.
Куратор первого курса решил запереться в башне, чтобы хоть до утра никого не видеть.
Генриетта… Как и Картер, он чувствовал вину. Не уберег. Не успел тогда, и несколько дней с безумным магом искалечили девушке жизнь. Она так и не смогла поверить людям. Замкнулась. А ее любовные похождения… Попытка ощутить себя живой? Не пришел он ей на помощь и во второй раз. Не успел. Опять не успел!
– Магистр Албертон! – раздался рядом знакомый голос.
– Ивонна?
– Простите, что беспокою, но мне нужно с вами поговорить.
Корри вздохнул.
– Может быть, не сегодня?
– Пожалуйста.
Девушка подняла на него глаза. И он… не смог устоять.
Мир вокруг и так качался, шатался и грозил рухнуть. И от горя, и от алкоголя. Так почему бы не забыться хоть на несколько минут?
– Пойдем.
Он взял девушку за руку и повел к входу в башню.
– Я хотела спросить, что с Риной.
Корри уже завел ее в башню, закрыл дверь.
– Понимаете, – продолжила девчонка, по всей вероятности, не догадываясь, какие мысли заклубились в его нетрезвой голове. – Мы беспокоимся. Шарль плачет. И Дженни…
– Погоди.
Корвину дар Албертону стало нестерпимо стыдно. Стихии, он чуть… Девушку, которая ему нравилась, нравилась по-настоящему, и которая прибежала к нему за помощью.
– Погоди…
Магистр резко отвернулся, чтобы не видеть этих глаз. Огромных, голубых, чистых. Отчего-то смотреть в них было больно.
– Ивонна, – негромко проговорил он, не оборачиваясь. – По-моему, ты самая здравомыслящая в вашей умопомрачительной тройке. Я хочу, чтобы ты поняла сама и, в идеале, донесла до остальных.
Тут он резко развернулся и рявкнул:
– Не лезьте в расследование!
Ивонна подпрыгнула.
– Просто поверьте, что делается все для того, чтобы наказать истинного виновника. Или истинных виновников. Кто-то не пощадил Генриетту. А мага-боевика, пусть и недоученного, не так легко убить. И этот кто-то вашего сопротивления – не дай стихии – просто не заметит.
– Но…
