— успокойся, и скажи толком, что случилось?
— нас обстреляли… — наконец выдохнула принцесса, и я только сейчас догадалась посмотреть на их карету. На ней не было никаких следов обстрела, в отличие от нашей, которая напоминала ежика…. — Карета подпрыгнула и стрела пробила его шляпу
— Шляпу? — переспросила я. Милосерда кивнула. Тут я уже не смогла удержаться от нервного хохота.
— Ты чего?! — испуганно спросила Милосерда. У меня уже слезы на лице появились от смеха
— Посмотри на нашу карету, — постепенно успокаиваясь и сдерживая смех, ответила я. Реакцией же Милосерды был очередной взрыв слез.
— С вами все в порядке? — к нам подошел Никойя — слуга и личный охранник короля
— да, спасибо. У принцессы просто истерика, — ответила я
— Удивительно как вам с советником удалось выбраться живыми от туда, да еще и без единой царапины! — удивился он
— действительно, — заметила я, — куда мы теперь?
— Продолжим наш путь
— А это не опасно? И где вообще король?
— Они с советником уже поехали дальше с небольшим отрядом охраны. Нам же приказано дождаться ремонта хотя бы одной кареты и следовать за ними.
Как только отремонтировали королевскую карету, мы с Милосердой в нее сели. Все это время принцесса то начинала реветь, то тупо смотрела в одну точку. В итоге я не выдержала
— Милосерда, ну, что ты так переживаешь?! Ничего же непоправимого не случилось! Ты жива, здорова. Что тебя еще волнует?! — старательно подбирая слова, чтобы не ляпнуть чего-то более человеческого сказала я
— Да я не из-за этого! Скоро должно прийти письмо
— Письмо? Ты что все это из-за письма?! — не веря своим ушам, переспросила я
— Письмо от дяди, его передадут только мне в руки
— Ну и что? Что ты так волнуешься? Обычное письмо! Еще одно напишет, — говорила я, и думала, что это, наверное, те письма, которые привозит ей курьер. Мне нужно до них добраться
— Но от дяди же! — как будто это должно означать для меня что-то важное, сказала Милосерда. Хотя это и вправду означало кое-что важное. Самое интересное, жрец Инвар вообще не был родственником Милосерды, а ведь именно он считается главным идейным вдохновителем этих завоеваний. Что же это за дядя такой?
— Да хоть от кого! Забыла? «Ничто не должно волновать тебя сильнее своей свободы»- процитировала я отрывок Великой книги. Вообще вся вера иноверцев основывалась на полной свободе. Абсолютной свободе от всего и всех, а не вера в то, что смерть и разрушение являются основой мироздания, а обман и предательство одна из форм благопристойности, как думал Горж. Хотя в некотором смысле он прав, всё что он говорил как бы следствие основы веры иноверцев.
— Да помню я! Дело не в моей привязанности к дяде. Если я не получу письмо и курьер не подтвердит этого у меня будут неприятности, — горячо и даже со злостью выдала Милосерда. Удивила, если честно.
— И когда должно прийти письмо? — спросила я, а в голове уже сложился довольно симпатичный план
— Сегодня ночью, — опустив голову, сказала Милосерда
— Что?
— А завтра утром у нас встреча с местным градоначальником, которую я не могу пропустить, — поникшим голосом объяснила принцесса
— А я могу… — подсчитывая, сколько времени мне понадобится на дорогу, сказала я
— Правда?
— Курьер тебя в лицо знает? — заведома зная ответ на этот вопрос, спросила я
— Нет. Он узнает меня по этому кольцу, — она указала на свое кольцо (опять кольцо!) в форме глаза голубого цвета, — а так я всегда в накидке
— Если ты хочешь, я могу съездить за тебя
— А ты успеешь?
— Сейчас полдень…. Думаю да. Так что?
— Я хочу! — выкрикнула Милосерда. К этому времени мы уже подъехали к временной резиденции короля, — только не открывай письмо
— Давай мне свой перстень, я выйду через задний ход.
Евсей возвращался из кабинета короля в свою комнату и услышав мяукание пошел на звук. На одном из витражных окон сидела его старая знакомая
— Канна? А ты что здесь делаешь? — гладя мордочку кошки, спросил он. Кошка приветственно муркнула и потерлась о его руку. В это время Евсей случайно выглянул в окно и увидел, как из двора выехал кто-то в черном плаще, — это что жрица была?
Мне удалось приехать обратно ко дворцу довольно рано. В смысле, уже было поздно, но курьера еще не было. Я привязала лошадь ближе к дороге, а сама пробралась ближе к воротам, чтобы в нужный момент выйти как бы из ворот. Долго мне ждать не пришлось. Курьер примчался, как и в прошлый раз. Я подошла к нему, в темном плаще и капюшоне, и протянула руку указывая на перстень. Я глянула вверх на лицо курьера и земля чуть не ушла из-под ног…
Курьером был один из тех, кто тогда напал на Каянский монастырь. Он отдал мне свиток и умачлся обратно.
Постояв немного, чтобы прийти в себя, я подошла ближе к факелу и присмотрелась к печати. В принципе подделать можно, но что-то было не так. Я еще раз внимательно осмотрела свиток и, наконец, заметила то, что меня беспокоило. Я всего лишь раз передавала подобный свиток, он исчезает через несколько минут после прочтения. Теперь понятно почему я не видела этих писем в комнате у Милосерда и почему она сказала не открывать письмо.
