Никто в поселке не сомневался, что Каталина рано или поздно уедет, но никто не подозревал, как им будет грустно расставаться с ней.
Дагоберто никому бы не признался, что на сердце у него скребут кошки, что ничего ему на свете не мило, как только он подумает — еще час, и рядом с ним не будет Каталины...
Дочка читала письмо, он подошел к ней, положил руку на плечо и спросил:
— Надеюсь, не плохие новости?
— Что ты, папа! — отвечала Каталина. — Тони хочет, чтобы мы зарегистрировали брак, как только я приеду. Хочет, чтобы я больше не работала.
В руках Каталина вертела коробочку с обручальным кольцом — красивое кольцо лежало в коробочке, очень красивое.
— Что-то я не вижу у тебя особого восторга, — проницательно заметил Дагоберто. —
Имей в виду, дочка, выйти замуж нетрудно, зато, если ошиблась, выцарапаться обратно ох как нелегко!
Дагоберто ждал: что-то Каталина ему ответит? Она смотрела очень серьезно, даже печально, было видно, что ей трудно принять решение, но отцу, ласково поцеловав его, сказала:
— Сейчас я приму душ, приведу себя в порядок и буду готова к отлету.
Каталина стояла под душем, текли струи воды, а перед ее глазами проплывало все, что она пережила здесь, и она видела лодочника, лодочника, лодочника... Как он вез ее на плоту, как танцевал с ней, как висел на дереве, а она поила его водой, как целовал ее. Господи! Как же он целовал ее... Каталина закрыла глаза...
Сеньорита Миранда заглянула в бар, ища капитана Бермудеса. Она была готова к отъезду, в белой застегнутой наглухо кофточке, гордая и неприступная. Сквозь открытую дверь холла она видела прикорнувшего на диване капитана, видела, как его разбудила Лола и предложила отдохнуть вместе с ней в удобной комнате.
— Вам понравится, — пообещала она, и капитан охотно согласился пойти с ней. Каталина поняла: отъезд их на неопределенное время откладывается.
— Вы скажете мне, когда мы полетим, — сказала она капитану, а сама поднялась попрощаться к доктору Фернандо.
Комнатка у Фернандо маленькая, скучная, Каталина появилась в ней как фея счастья.
Так, по крайней мере, сказали Каталине засветившиеся глаза Фернандо.
— Ты даже не представляешь себе, как мне жаль, что ты уезжаешь! — заговорил он, вставая ей навстречу. — Я почему-то надеялся, что мы будем вместе осуществлять мой проект. Будем работать и увидим, как это селение совершенно преобразится.
Здесь появятся удобные домики, будут приезжать туристы. У местных жителей появится работа, они не будут так бедствовать. — Ты мечтатель, Фернандо!
— Да! И я мечтал, что осуществлять мою мечту мы будем вместе. Ты ведь мне очень нравишься, Каталина. Мне кажется, что еще немного, и я бы всерьез полюбил тебя.
— Вот это уж совсем лишнее, Фернандо, — решительно ответила Каталина.
— Понимаю, — успокоил ее Фернандо, — я всегда считал себя только другом, верным и преданным. Ты можешь рассчитывать на меня, если тебе что-то понадобится.
— Спасибо, Фернандо. Я очень ценю твою дружбу. Мы столько пережили вместе, что ты навсегда останешься для меня очень близким человеком.
Фернандо притянул к себе Каталину и поцеловал. Их поцелуй был знаком искренней приязни друг к другу.
Дверь открылась, Каталина увидела Рикардо и освободилась из объятий Фернандо.
Сколько муки было в этом взгляде, муки и еще чего-то более страшного, отчего Каталине стало больно и стыдно.
— Ты пришел за деньгами, Рикардо? — как ни в чем не бывало спросил Фернандо. — Сейчас, сейчас, погоди секунду. Знаешь, Каталина, Рикардо сказал, да ты и сама видела, что одному человеку не справиться с расчисткой полосы. Теперь Рикардо наймет для нас индейцев, и ты увидишь, какая здесь закипит работа...
— Не увижу, Фернандо! Я улетаю, — ответила Каталина, и Фернандо сразу осекся.
— Я загляну в другой раз, — сказал Рикардо, — мне кажется, я не ко времени.
— Что ты! — возразил Фернандо. — Подожди, я сейчас.
— Я подожду внизу, — сказал Рикардо. Каталина пошла за Рикардо следом.
— Давай простимся, простимся по-хорошему, — сказала она, в глазах у нее и в голосе была тоска.
— Так же, как с доктором Фернандо? — не без яда осведомился Рикардо.
— При чем тут это? Мы с доктором друзья, а я уезжаю по-настоящему, навсегда. Ты это понимаешь?
— Почему не понять? Твой жених присылает за тобой вертолет, ты целуешься и обнимаешься с Фернандо, а теперь хочешь поцеловаться со мной. Я все правильно понимаю?
То, что Рикардо, всегда такой сдержанный и мудрый, мог говорить так грубо и оскорбительно, было для Каталины потрясением.
— За кого же ты меня принимаешь? — спросила она с упреком.
— За капризную, лживую и доступную женщину, — ответил Рикардо.
— Для чего тебе нужно оскорблять меня? — Каталина в данный момент даже не рассердилась, она, такая скорая на гнев и резкие слова и решения. — Зачем ты так говоришь?
— Какая тебе разница, что я говорю, ведь ты уезжаешь.
— А я ведь хотела сказать тебе на прощание...
— Что?
— Ничего! Прости, Рикардо, я-то думала, что ты часто говоришь одно, а думаешь совсем другое, но если так... Прощай, Рикардо!
Каталина ушла не оборачиваясь. Рикардо смотрел ей вслед слепыми от боли глазами.
