Гости не стали возражать, послушно потянулись за сержантом. Трое из них держались вместе. Это были Фернандо Ларрасабаль, его младший брат Антонио и Жанет — невеста Антонию. У сержанта аж дух перехватило, когда он услышал, что Фернандо намерен построить здесь туристический комплекс.
— Не может быть! То есть, я хотел сказать, что у вас все прекрасно получится, сеньор! Да, вместе с вами в Сан-Игнасио придет прогресс!
С большим трудом Гарсия переключил внимание на четвертую гостью, которая безропотно ожидала своей очереди, устроившись в дальнем углу комнаты. Выражение скуки присутствовало на ее лице.
— А вы, сеньорита, тоже предприниматель? — спросил ее сержант.
— В некотором роде, — уклончиво ответила она. — Во всяком случае, мне тоже хотелось бы начать здесь собственное дело.
— Замечательно! — расплылся в улыбке Гарсия.
— Меня зовут Лола Лопес, — одарила его ответной улыбкой гостья.
— Очень приятно! Сейчас я всех вас провожу в гостиницу.
— Она приехала отбивать у меня хлеб, — мрачно заключила Дейзи, едва взглянув на Лолу. — Проклятье! Здесь и так почти нет мужчин!..
А тем временем Каталина, примчавшаяся, на берег вместе со всеми, безуспешно пыталась уговорить лодочника отвезти ее в Гусман-Бланко.
— Я должен плыть вниз по реке, у меня товар... — тупо твердил лодочник Хуан.
— Вы получите от меня всю неустойку. Сколько мне нужно заплатить? — настаивала Каталина.
— Нет, сеньорита. Меня ждут. А уговор, как известно, дороже денег, — был неумолим Хуан. — На обратном пути, через неделю, я вас охотно подвезу.
— Через неделю?! — от отчаяния Каталина готова была проклясть и эту реку, и сельву, и поселок, в котором ее угораздило родиться.
Но делать было нечего — оставалось только ждать. Чтобы хоть как-то убить время, она побрела вдоль берега, стараясь сосредоточиться на красотах здешней природы.
Вскоре к ней присоединился и Фернандо Ларрасабаль, которому не терпелось осмотреть окрестности. Между ними завязался непринужденный разговор, а к вечеру они стали почти друзьями.
Рикардо Леон, оставив груз в Колумбии, направил свою лодку вверх по течению.
— Мы будем заходить в Сан-Игнасио? — как бы между прочим спросил Бенито.
Рикардо внимательно посмотрел на него и рассмеялся:
— Надеешься, что сеньорита Миранда еще не уехала оттуда? Ты положил на нее глаз, не так ли?
— По-моему, это вы положили на нее глаз, сеньор! — не остался в долгу Бенито.
— Ох и распустил же я тебя! Совсем не почитаешь хозяина, — беззлобно погрозил ему пальцем Рикардо.
В этот момент над сельвой вдруг с шумом прокатился смерч, а река
вздыбилась высокими яростными волнами. Затем все стихло так же внезапно, как и началось. Негро вновь обрела свое размеренное течение.
Рикардо нахмурился. Опыт подсказывал ему, что сейчас надо быть настороже: любая неожиданность может подстерегать их в пути после такого молниеносного урагана. И он приготовился достойно встретить возможную опасность.
Разумеется, Рикардо не мог знать, что навстречу ему уже гнала свою лодку Манинья Еричана. Двое суток она провела в странном оцепенении, а затем встрепенулась, резко встряхнула головой, рассыпав по загорелым плечам свои роскошные каштановые волосы, и повелела свите срочно готовить лодку к отплытию.
— Что ты задумала? — с тревогой спросил Такупай.
— Отстань! — грубо отмахнулась от него Манинья. — Мы пойдем вниз по реке!
Спорить с ней в тот момент было бесполезно, Рикардо Леон уже свернул к Сан-Игнасио-де-Кокуй, когда на пути у него вновь встала лодка Маниньи Еричаны.
— Я вернулась за твоими глазами! — изрекла она, пристально глядя на Рикардо.
— Мне не нравятся подобные штучки, — ответил он после небольшой паузы.
Манинья же пропустила его слова мимо ушей.
— Ну, ты едешь со мной? — спросила она властно.
— Я слышал, колдунья Еричана привыкла играть мужчинами, — сохраняя хладнокровие, молвил Рикардо. — А мне не хочется быть игрушкой ни в чьих руках.
— К чему такое высокомерие? — переменила тон Манинья. — У тебя не найдется чего-нибудь попить? Меня мучает жажда.
Не дожидаясь ответа, она одним легким прыжком переместилась в лодку Рикардо и приблизилась к нему настолько, что едва не касалась губами его лица.
— Почему я никогда о тебе не слышала? — в ее голосе прозвучало нескрываемое вожделение.
— Возможно, потому, что я не колдун, — огненные глаза Рикардо стали откровенно насмешливыми, как бы говорящими: «Я вовсе не боюсь тебя, Манинья».
— И ты веришь в эти россказни? - А почему бы нет? Бенито, угости сеньору пивом, и мы с ней расстанемся.
— Ты жесток, — недовольно молвила Манинья. — А жестокости я никому не прощаю.
— Тебе не к лицу угрозы, — заметил Рикардо. — А я недавно осуществил жертвоприношение — подарил козу — и надеюсь, что это обезопасит меня от твоего колдовства. Теперь же прощай, Манинья. Если понадобится, я сам тебя найду.
