— Ну… может… — Карла слышала, что он колеблется. Кларк двигался так, словно подошвы его ботинок были намазаны патокой и прилипали к полу. Когда полог задернулся, она испытала безумное облегчение.
— Угу, так… Очень бледная кожа и слизистые, большой кровоподтек на щеке… Врач «скорой» прав — пульс слишком частый. — Все это Рейнолд говорил словно сам себе. — Вы слышите меня, Карла?
Она открыла глаза и сморщилась. Казалось, Кларк спрятался за пологом и ждет, чтобы утащить ее.
Последовало молчание, а потом снова скрипнули кольца. Карла инстинктивно закрыла глаза и замерла.
— Карла, он ушел в коридор с медсестрой. У нас есть пара минут.
— Он вернется, увидит, что я говорю с вами…
— Это он избил вас? — Рейнолд коснулся синяка под глазом.
— Да, — прошептала Карла, не отводя взгляда от узкой щели в пологе; на ее лбу выступил холодный пот. — И здесь… — С гримасой боли она приподняла рубашку и показала покрытые синяками ребра. — Я должна исчезнуть… Я думаю, он кого-то убил… Подставил брата, которого из-за него посадили в тюрьму… — Тут в коридоре послышались голоса, и она умолкла. Доктор выглянул из-за полога и заверил, что это не Кларк. — Он не оставляет меня ни на секунду. Все думают, что он так влюблен… — Она скривилась от боли в ребрах.
— Да, странно устроен этот мир… — Он выглянул наружу, повернулся, прижал палец к губам и жестом велел Карле закрыть глаза. Через две секунды Кларк был рядом.
— Ну, что с ней?
— Обследование, молодой человек! Понадобится обследование. — Доктор положил руку на плечо Уайтхеда. — Лиз, позвоните в третью палату и проследите, чтобы подготовили койку, — обратился он к кому-то за спиной Кларка, а потом посмотрел на Уайтхеда. — Пока ничего не могу сказать.
— Что? — Судя по голосу, Кларк пришел в ужас. — Я не могу оставить ее здесь на всю ночь!
— Придется, — с вызовом заявил доктор. — Это для ее же пользы.
— Тогда я останусь с ней!
— Доктор, в третьей палате есть одна свободная койка. Регистратор просит привезти миссис Уайтхед наверх.
— Я пойду с ней! — Кларк заметался по боксу. — Она захочет, чтобы я остался!
— Думаю, не выйдет, молодой человек. В третьей палате больше нет мест.
— Ах…
Слава Богу! Наконец-то она нашла человека, который хочет ей помочь.
— Пойдемте, мистер Уайтхед, нам надо кое-что выяснить. — Карла представила себе, как медсестра теснит Кларка, находящегося на грани истерики.
Она слышала, как Уайтхед, пытаясь из последних сил сохранить самообладание, требовал разрешить ему остаться «прямо здесь, в коридоре!»
— Дорогая, сейчас вас поднимут на третий этаж. Там есть отдельная лестница. Вы сможете уйти через запасный выход.
— А как же третья палата?
— Нет никакой палаты. Это шифр между мной и медсестрой, когда к нам поступает избитый и напуганный пациент. Наша смена кончается через несколько минут, но я все расскажу другому врачу. Наверху есть фотоаппарат. Пусть санитар зафиксирует ваши кровоподтеки.
— Как вы догадались, что мне позарез нужно сбежать от него?
— Инстинкт. Не могу спокойно видеть женщину, избитую мужиком.
Карла улыбнулась.
— Как мне благодарить вас?
— Никак. — Он усмехнулся. — Вы случайно не дочь Франчески Лайл?
— Откуда вы знаете?
— У меня хорошая память на имена и лица. Я помню газеты семилетней давности.
— Верно. — Тогда некоторые газеты напечатали фотографию Карлы вместе со снимками родителей.
— Я был горячим поклонником вашей матери, дорогая. Когда-нибудь я расскажу о нашей встрече своим внукам… Если вы подпишетесь здесь, это будет означать, что вы уходите из больницы под расписку, вопреки совету врача. Через несколько часов мой сменщик покажет эту бумажку вашему мужу.
За Карлой пришли два санитара и повезли ее наверх. Рядом шла дежурная медсестра, следившая за тем, чтобы не подпустить к ней Кларка.
— Третья палата, да? — Один из санитаров глянул на распухшее лицо Карлы. Ее восхитило, насколько четко работают эти ребята. Хотелось обнять их, поблагодарить за помощь, за то, что выслушали и поняли, что ей больше не к кому обратиться.
— Берегите себя, милая. — Доктор Рейнолд проводил ее до лифта. — Удачи вам.
Она так в этом нуждалась…
— Я никогда вас не забуду. — Двери лифта сомкнулись, заглушив ее шепот. Казалось, санитары ничуть не удивились, когда она слезла с каталки и спросила, где телефон и кто сделает моментальный снимок. — И часто здесь бывает такое? — Карла подумала, что в жизни не ездила на таком медленном лифте. А вдруг Кларк взбежит по лестнице и встретит ее на третьем этаже?
— Частенько, — ответил санитар. — Вам повезло, что дежурит доктор Рейнолд. У него дочка вам ровесница. Первый муж ее поколачивал. Потому-то доктор и помог вам с такой охотой.
— Поблагодарите его от меня.
— Ладно. — Двери открылись. На площадке никого не было. Здесь находились лишь гардеробная, склад, комнаты для персонала и зал отдыха.
Сжимая в руке пакет с фотографиями ее синяков и бесценной аудиокассетой, Карла ехала из больницы на такси.
