Я слышал, как гулко бьётся моё сердце, её стучало так же быстро. Чуть отстранившись, я задержал взгляд на её губах. Шавров рост! Мне пришлось привстать на цыпочки. Я медленно приближался к ней. Руки, что так и не отпустили её талии, ощущали дрожь. Её аромат пьянил, хотелось зарыться в пушистые волосы, чтобы вдохнуть его ещё глубже, а затем впиться в её губы болезненным поцелуем.
Я прикоснулся к ним своими. Она резко выдохнула, и я проник в её рот языком. Она была скована и напряжена, но постепенно обмякла, расслабилась и ответила. Я обнимал сильнее, она рвано дышала, подавалась навстречу, с её губ сорвался сладкий стон. Я понял, что перестаю себя контролировать, и неохотно отстранился, выпустил её из объятий.
Она покраснела, её тёмные глаза сияли, отражая свет звёзд, грудь в обтягивающей белой блузе быстро поднималась и опускалась. Она отошла на шаг и отвела взгляд.
— Эмм… Я… — она прикрыла рот пальцами, будто пыталась спрятаться. Какая она оказывается, милая, когда смущена. — Х-хорошего з-завтра приёма… — Илиария развернулась и убежала.
А? Куда? Почему ты убегаешь? Классно же получилось.
У меня на лице расплывалась довольная ухмылка. Вот теперь я точно не поверю, что она любит Курта.
* * *
— Ты готов? — Хэйрин влетел в мою комнату. В руках у него была огроменная сумка. Он оглядел меня и вынес свой вердикт:
— Кошмар! Ты собираешься пойти в этом?!
На мне был чёрный костюм и белая рубашка. Всё, что вместилось из формальной одежды в рюкзак, с которым я путешествовал.
— А что тебе не нравится? — между прочим, это был самый дорогой мой костюм.
— Хотя бы цвет! Кайрин, ты что даже не знаешь, что обязан быть в цветах семьи Ниро? — Хэй засуетился и вывалил из сумки на кровать целый ворох одежды, каждая небольшая деталь которой, типа пуговицы, была дороже моего костюма! Я уж и забыл, каким богатым был… Но…
— Хэй! Это что за расцветки попугая? — я стал перебирать одежду. Вся она была кричащей ярко-фиолетовой, почти розовой, расцветки, а рубашки — с огромными пышными воротниками. — Я это не одену!
— Ничего ты не понимаешь. Это модно, сшито по спецзаказу, а цвет, так на то он и наш фамильный цвет, чтобы затмевать всех вокруг. Посмотри, какая прелесть! — он приложил к себе ярко-фиолетовую блузу с вычурным жабо на полгруди.
Я схватился за голову. Мой брат всегда имел дурной вкус, но я не подозревал, что это может зайти настолько далеко! Я поворошил одежду и вытащил более или менее адекватную рубашку сиреневого цвета, а затем мне посчастливилось найти в самом низу тёмно-фиолетовый костюм.
— Беру это.
— Кайрин, так нельзя! Это из разных костюмов, непозволительно носить их вместе. Костюм это комплект с этой блузой, — он потряс тем ярко-фиолетовым ужасом, что всё ещё держал в руках. — А рубашка вот с этим, — Хэй вытащил почти розовый костюм, только при взгляде на который у меня начинали слезиться глаза.
— Я беру это. Всё! — я бережно прижал свои находки, всем видом показывая, что скорее умру, чем соглашусь надеть то, что он предложил.
— Ах! Ну как ты можешь быть моим братом-близнецом? Отец и Мао и так одеваются слишком скучно, неужели и ты так меня подведёшь? — он уставился на меня своим фирменным взглядом, после которого в детстве я обычно соглашался с ним.
— Да ты должен радоваться, что я не создал режущий вихрь и не разорвал весь этот ужас в клочья! И даже не возражаю, что ты в это нарядишься. В конце концов, посмотрев на тебя, люди будут знать, как по-идиотски в этом выглядел бы я!
— Ты просто не понимаешь! — Хэйрин вздохнул и вытащил из вороха на кровати фиолетовый галстук. Отдал мне с таким видом, что испепелит меня, если я не возьму хотя бы его.
— Ладно, — я взял, думая, что можно его и не надевать. Присмотревшись, увидел на нём еле заметное тиснение в форме нашего семейного герба. Галстук был неплох.
— Тогда переодеваемся! — Хэйрин любовно погладил яркую блузу с жабо.
Я вздохнул, до сих пор не веря, что он действительно это наденет.
Через пятнадцать минут мы смотрели друг на друга и недовольно морщились. Хэй всё-таки напялил её! Хвала всем высшим силам, он выбрал не розовый костюм, а сиреневый, но всё равно, с атласным фиолетовым жабо на полгруди, брат выглядел, словно сбежал из цирка. Впрочем, он высказал мне, что я похож на слугу, или решил наняться в убийцы, сливаясь со стенкой.
Зато, никто на меня не обратит внимания, если один из нас будет выглядеть столь вызывающе, как Хэй. Весьма удобно, когда твой брат-близнец перетягивает всё полагающееся тебе внимание. Мне будет спокойнее дышать.
В комнату постучали.
— Войдите, — отозвался я. К нам зашёл Корн в синем костюме и жёлтой рубашке. Семейными цветами Массвэлов были золотой и все четыре цвета стихий, но обычно носили те, которым соответствовала открытая магия. По идее куратор должен был использовать и синий, и красный в своём костюме, но, похоже, он тоже не хотел излишней аляпистости. Корн высоко поднял брови, глядя на Хэйрина и недоверчиво спросил:
— Кай?
Я фыркнул:
— Издеваешься, да?
