Забыть прошлое и начать жизнь с чистого листа? Этим вопросом задаётся Сэмюель Уилсон. Пережив много неприятностей – главный герой отправляется к новым горизонтам. Но какими они будут? Оставят ли его воспоминания о любви, деньгах и криминале? Невидимая нить соединяет прошлое и будущее героя. И эта нить – настоящее. Плавание не предвещало никаких судьбоносных событий, но за две недели в Атлантическом океане может многое произойти…Содержит нецензурную брань.
Первый эпизод.
Я стою в парке этого чудесного большого города, в недавно купленном синем костюме и смотрю на небо, которое задымляют фабрики и заводы. Дышу этим воздухом, пожалуй, в последний раз. Последний, потому что рядом со мной стоят два чемодана, в них лежат еще один костюм, документы, приличная сумма денег и билет в другую страну. Да, сюда вернуться я больше не смогу. Наверное, никогда.
На самом деле, я хороший человек. Хороший человек, который порой делал плохие вещи, потому что заставила жизнь. Возможно, списать всё на жизнь – это попытка самооправдания, но мне так легче. Вы спросите, что плохого я совершал? Может быть, я расскажу, но сейчас – вряд ли. Сейчас мне бы постоять в этом чертовом парке. Молча. Попрощаться с этим городом и страной и найти в себе силы начать новую жизнь.
Меня изнутри разрывает чувство неопределенности и неизвестности, при мысли о моей дальнейшей судьбе. Возможно, в новой стране у меня получится начать всё сначала, а может быть, жизнь не даст мне второго шанса. Каждый раз, когда об этом размышляю, сердце начинает биться сильнее, чувствую страх и, одновременно, интерес, ещё не полностью он пропал. За моими плечами – незаконченное образование, профессиональный бокс, травмы, любовь, семья, работа и криминал, из-за которого я не могу себя любить и простить, а передо мной – только троеточие в книге моей жизни. Многие люди, потеряв даже часть того, что потерял я, отчаявшись и обессилев прыгали с крыш домов или лезли в петлю. Я жив. Наверное, это значит, что во мне есть скрытая сила, а может, это, напротив, трусость. Я бы рассказал поподробнее обо всем этом, но мне пора. Может быть, мы вернемся к этому разговору на борту судна, но я бы не стал на это рассчитывать. Я довольно закрытый человек.
Вот и пристань. Солнце играет на поверхности воды и приятный теплый ветер щекочет мне лицо, повсюду слышны крики чаек и шум проезжающих мимо машин, громкие разговоры людей, стоящих в очередях на посадку. Не очень-то презентабельно выглядит мое судно, если уж честно. Я мог бы себе позволить намного лучше, но его пришлось бы ждать куда дольше, а я не могу здесь больше задерживаться ни минуты. Да и незачем. Комфорт, я считаю, приходит и уходит, и, если всю жизнь за ним гнаться – никогда не догонишь. Перед этим судном стоит полная женщина с ярко-красными губами, которые, будто светофор, я увидел издалека.
– Доброго дня. Ваш билет, молодой человек? – спросила она, выдавливая из себя вежливость. Таких людей, как эта женщина очень много, они по долгу профессии должны быть учтивы, а дома их ждет пьющий муж, который или поколотит после пьянки, или отдаст в ломбард подаренные им же драгоценности, чтобы на последние деньги купить себе выпивку. Ну как тут быть вежливой с каким-то "молодым человеком"? Срать она хотела на то какой, какой у меня будет день, добрый или нет. Она делает свою работу, чтобы существовать дальше.
Я молча протянул ей билет и поднялся по трапу, ведущему на борт судна, стараясь повнимательнее рассмотреть эту посудину. На самом деле тут не так уж и плохо. Осталось найти свою каюту, откупорить бутылочку виски и наслаждаться морским закатом в иллюминаторе. На борту было уже много людей. Кто-то махал своим половинкам с борта в знак прощания, кто-то в обнимку стоял у ограждений и любовался морем, а кто-то – я. Сам по себе. Хотя совсем недавно все было по-другому, и была вероятность того, что я, как эта влюблённая парочка, стоял бы в обнимку со своей бывшей. Но нет. Она не поняла и не приняла меня. Но об этом позже. Надо бы найти каюту.
Немного походив по коридорам, я все-таки нашел свою. Знаете, тут довольно мило. Стены моей каюты были отделаны дубом и украшены уменьшенными копиями картин известных художников: Айвазовского, Афремова, Формана, посередине располагались большой стол и, под стать ему, такое же большое удобное кресло с одной стороны и черный кожаный диван – с другой, слева у стены небольшая кровать, будто бы рассчитанная на одного человека, справа был большой книжный шкаф, доверху заполненный книгами. Я тут же пообещал себе, что за 2 недели пребывания здесь обязательно до него доберусь. Около шкафа стояли два небольших комода и тумбочка, ничем особенно не примечательные. А вот сразу за тумбочкой, в этой же стене, шла дверь, ведущая в ванную комнату. «Жидкость снаружи, жидкость в каюте», – подумал я, но ни сил, ни желания удивляться у меня уже не было. Я устало опустился в кресло, снял шляпу и тяжело выдохнул: «Что будет дальше?» – снова пронеслась в голове мысль. Я достал из чемодана бутылку виски и водрузил её на центр стола. «Здесь ей самое место» – подумал я, – «жидкость в бутылке» – съехидничало подсознание, но я не стал его слушать. Пить тоже не стал. Время же обед, рано еще.
