Фрэнк и Стэн, братья Лисси и Тинки, всячески отравляют им жизнь и доводят порой до белого каления. Не проходит и дня, чтобы они не подстроили сестрам какую-нибудь новую каверзу. Лисси и Тинка клянутся отомстить. Недаром ведь они колдуньи! Самое время испытать свои новые способности.
Уже шесть дней семьи Тедимайеров и Клювелей жили под одной крышей.
Уже шесть дней вместо двух семей была одна большая семья.
Уже шесть дней каждое утро начиналось с пронзительных Тинкиных криков.
На седьмой день все должно было пойти по-другому. Тинка твердо решила, что будет так. И даже написала записку, которую прикрепила к радиобудильнику. В семь утра будильник приятным мужским баритоном принялся напевать что-то про «любовь, да-да- да...». Тинка проснулась, и ее взгляд упал прямо на листок.
призывали красовавшиеся на нем жирные зеленые буквы, за которыми следовало целых семь восклицательных знаков.
— Лисси, подъем! — скомандовала Тинка так, чтобы ее услышали на другой половине большой комнаты.
Лисси, в недавнем прошлом злейший Тинкин враг, спала в гамаке. Из-под одеяла высовывались только задорные кудряшки.
— Ли-и-и-с-еи-и-и! — крикнула Тинка снова.
В ответ через всю комнату в Тинку полетела подушка. Она приземлилась в изножье Тинкиной кровати, где девочка расставила чуть ли не сотню своих плюшевых зверюшек.
— Еще темно-о-о! — услышала Тинка сонное нытье Лисси.
В действительности же начиналось чудесное июньское утро, и желтый свет солнца пробивался через высокие балконные двери.
— Я встаю, — заявила Тинка и взъерошила растопыренными пальцами свои длинные светлые волосы.
Ну и ладно, — пробормотала Лисси и с головой зарылась в подушки.
Не попади впросак! Не попади впросак! Не попади впросак! — бубнила Тинка, откидывая пушистое одеяло.
Прежде чем спустить ноги с кровати, она бросила взгляд на пол. В субботу там стояло пластиковое ведерко с ледяной водой. Тинка угодила в него ногами — то-то было крику!
Прежде чем обуться, Тинка вытряхнула тапочки. В воскресенье она обнаружила в них маленькие пищащие меховые шарики, похожие на мышей. Что ей оставалось делать? Она со страху подняла крик.
Сегодня пятница, и пока все шло нормально. Следующим препятствием оказалась дверь, ведущая в коридор первого этажа. Тинка осторожно повернула ручку вниз и чуть-чуть приоткрыла дверь. Ей не хотелось, как это случилось в понедельник, получить по голове связкой пустых консервных банок.
Уфф! Обошлось! Тинка собралась вздохнуть с облегчением, но потом ре шила повременить. Медленными, осторожными шажками она направилась в ванную комнату. Правда, не по пестрому домотканому коврику, под которым во вторник «взорвалась» хлопушка.
Снизу, из кухни, доносилось позвякивание посуды. Господин Тедимайер, который, собственно, был только отцом Лисси, но вскоре должен был стать новым отцом Тинки, готовил завтрак.
— Я не сяду на стул у кухонного стола, — твердила себе Тинка. В среду на нем лежала пукающая подушка, и ее хлопок заставил девочку подскочить с пронзительным визгом.
Без неприятных приключений Тинка добралась до ванной комнаты и собралась открыть дверь, но испуганно отдернула руку. Она подбросила ногой тапочек, на лету поймала его и нажала на ручку замка туфлей. Накануне, в четверг, ручка оказалась под напряжением и Тинку ударило током. Ей не хотелось бы еще раз испытать это ощущение.
Тинка не понимала, что происходит: она уже в ванной, и все вроде бы обошлось. Впрочем, ванная была полна воды, а зеркало выглядело так, будто его облепило снегом. При ближайшем рассмотрении снежные хлопья оказались комочками зубной пасты. Похоже, здесь кто-то плевался. Умывальник тоже был заляпан... свежей зеленой пастой и облеплен волосами. Влажные полотенца живописно валялись на полу, а в воздухе висел захватывающий дух запах дезодорантов (предназначенных, если верить рекламе, «для крепких мужчин») и мужских духов, которые, собственно говоря, принадлежали господину Тедимайеру. Но ведь родительская ванная этажом ниже! Наверное, кто-то тайком принес сюда его зеленый флакон. Может быть, господин Тедимайер уже обнаружил пропажу?
— Боже мой! — простонала Тинка, разулась и использовала тапочки как щипцы, «зажав ими полотенца, она отнесла их в угол.
Быстро почистив зубы, девочка забралась под душ. Накануне у нее не было времени вымыть голову, и теперь она собиралась наверстать упущенное, потому что ей всегда хотелось иметь шелковистые мягкие волосы.
Из душа полилась горячая вода, и Тинка стала с удовольствием поворачи ваться в разные стороны, потом подставила под струю воды лицо. В одном из маминых журналов она прочитала, что это отличный массаж, который к тому же предотвращает появление угрей.
С закрытыми глазами Тинка нашарила бутылочку с шампунем, которую узнала по длинному горлышку. Большим пальцем руки она открыла крышку, выдавила шампунь на ладонь и энергичными движениями стала втирать его в волосы.
«Надо бы мне сняться в рекламном ролике — так я ловко управляюсь с шампунем», — размечталась она. Потом, однако, ей представился ее круглый животик, которого вообще-то лучше было бы не иметь, и Тинка выбросила эту идею из головы.
В эту пятницу шампунь был каким-то... не таким. Да и пах он не кокосом и не персиком, как обычно. Он был каким-то... чересчур жирным.
