Я выбросил из головы этого барона и провел рукой возле лица, а то по городу нормально пройтись нельзя, так и норовят все под ноги упасть. Хорошо, что это заклинание не требует усилий и через минуту по улице уже шел не черноволосый мужчина с легко узнаваемыми грубыми чертами лица, а седоватый блондин с очками на крупном носу.
Единственное, что я не стал убирать, это красную звезду, что сейчас красовалась у меня на лацкане. Такие были у каждого, кто помогал с переворотом.
Сделав небольшой круг по городу, я вернулся к дворцу. Мне уже доложили, что бомбы уничтожены, все подвалы проверены, а члены совета вместе с духовенством и представителями от народа уже собираются в главном зале.
Вот туда-то я и решил отправиться. А то люди ждут, кулаками небось потряхивают, ругаются, ответов ждут. Мне даже любопытно стало глянуть на их лица, когда дойдет до самого приятного момента.
Краем глаза я видел, что Виктор Иванович в окружении доверенных лиц и охраны уже пересекал площадь и тоже следовал во дворец.
Сейчас был самый напряженный момент — условия сложись идеально для внезапного убийства будущего императора. Но все близлежащие здания проверены, посторонние с площади разогнаны. Спасибо предусмотрительному мне.
Говорю же, скукота смертная. Виктор Иванович даже без проблем зашел в главные двери дворца. Я же воспользовался боковым входом, чтобы не привлекать лишнего внимания. К представлению уже давно было все готово. Остался, так сказать, финальный штрих. А потом бурные аплодисменты, овации, крики счастья и прочие выражения радости народной.
Тем, кто не поддержит нового императора, я прикажу отрезать руки. По самую шею. А лучше сам это сделаю.
В главном зале стояла суматоха, ругань и острый запах озона. Хорошо, что я поставил защиту от магии, а то бы эти умники потолок уже разнесли.
Беспрепятственно пройдя к возведенному помосту, я кивнул стражникам. Те удивленно уставились на меня, не понимая, что мне от них нужно.
Мысленно выругавшись, я снял личину и приподнял брови. Через мгновение стражников уже не было — они побежали исполнять приказ, для которого здесь и дежурили.
— А, ну тихо! — рявкнул я, усиленным магией голосом.
В зале на долю мгновения повисла вязкая тишина. Сотни взглядов скрестились на мне: кто-то приветственно кивал, кто-то заметно бледнел, кто-то прикидывался ветошью.
Восстановив порядок, я поднялся на помост и едва уловимо улыбнулся. Ответом мне был тихий вздох.
Надо же, сколько радости в этом вздохе! А я ведь даже еще никого не убил. Вот что значит, репутация палача и архимага в одном флаконе.
— Спасибо, что все вы здесь сегодня собрались. У нас мало времени, поэтому давайте все сделаем, как задумывалось, и все закончится, — тишину раскололи болезненные стоны. — Вас пригласили на церемонию, а не на казнь! Ведите себя достойно!
Это слегка взбодрило публику. Ибо мало кто из собравшихся понимал, что происходит, а многие к тому же предпочли сейчас оказаться в другом месте. Но разве можно отказать мне?
Наконец, появились стражники с тяжелым сундуком. Напрягая все мышцы, они выволокли его на помост и вытянулись за ним ровной шеренгой.
— Как вы знаете, — начал я, — Константин Яковлевич Ромский незаконно взошел на престол, а также имел неосторожность взять на себя ответственность за смерть семьи Мережковских, послав к ним убийц. Только благодаря верным людям, Виктор Иванович сейчас может стоять здесь и забрать то, что принадлежит ему по праву рождения.
По залу прошелся шепот, который быстро увял под моим строгим взглядом.
— Сейчас я прошу доблестных стражников открыть этот сундук, чтобы подтвердить мои слова.
Скрип. Стук. Лязг.
— Этот камень вам известен. Именно он знаменует истинность власти. И судя по количеству пыли на нем, никто не проверял Константина Ромского на право занимать трон империи. Я разочарован. За неполные два месяца, что я нахожусь в столице, мои агенты собрали множество подтверждений злоупотреблением власти, местной аристократии. Поэтому как только Виктор Иванович взойдет на трон, страну ждет ряд изменений. Но все это потом, сейчас же я рад вам представить будущего императора!
Виктор Иванович, бледный от волнения, но со взглядом, полным решительности, шагнул на помост. Зрители в едином порыве затаили дыхание. Не то, чтобы они не верили, что Мережковский достоин, скорее они гадали, что их ждет после того, как камень примет Виктора Ивановича.
Камень Власти, так официально называли этот здоровенный булыжник кроваво-красного цвета, лежал на бархатной подушке. В центре камня была широкая ложбинка, куда будущим император должен положить свою ладонь. Добровольно, прошу заметить, положить.
Для того, чтобы камень сработал, мне пришлось снять защиту. Рискованное дело, но пока я рядом, будущий император в безопасности. Нити заклинаний упруго вздрогнули, и я кивнул Виктору Ивановичу. Тот твердым шагом приблизился и без лишних церемоний опустил руку на матовую поверхность.
