— О, посмотрите на него! — воскликнула Лирана, восторженно разглядывая карточку. — Он такой сильный, но в то же время нежный. Как тебе удалось поймать его суть? Калдос обычно всех сторонится.
— Смотри, как он гармонично взаимодействует с природой! — присоединилась Аэльдри. — Этот кадр — настоящая поэзия!
Каждое слово, произнесенное подругами, придавало уверенности. Я осознала, что, несмотря на все сомнения, мои фотографии действительно могут передавать эмоции.
— А это… — я указала на серию снимков с лунными лисами, которые были полны печали, но излучали невероятное спокойствие. — Я сфотографировала на днях. Их грусть тронула меня.
Лирана замерла, внимательно всматриваясь в фотографии лунных лис. Ее голос дрожал, когда она заговорила:
— Ты поймала в их глазах нечто, что многим недоступно, — прошептала она, не отрывая взгляда от изображений. — Это прекрасно!
Внутри поднялась волна тепла. До сих пор я редко слышала похвалу в свой адрес, и это было так непривычно. Но в этот момент я поняла, что мои усилия не прошли даром. То, что я делала, имело значение.
Налюбовавшись снимками, Лирана снова обратилась к обсуждению музыки. Я с интересом слушала, как звуки должны были переплетаться с моими фотографиями.
После я пригласила подруг на пирог.
— Это великолепно! — подошла к столу Лирана.
— Да, я немного поработала, — ответила я, смутившись от комплимента. — Надеюсь, вы голодны.
— Неужели ты сама сделала этот пирог? — спросила Аэльдри, присаживаясь рядом с Лираной. Ее глаза загорелись удивлением и восхищением. — Выглядит и пахнет потрясающе!
Но мы не успели попробовать приготовленное мною угощение: за куполом стремительно темнело, и раздался тот ужасающе знакомый шум. Это был не Миарфен — я ощутила приближение темных сил.
Выбегать на улицу было неразумно, я это понимала. Но треск, доносившийся снаружи купола, был настолько пугающим. Мне представлялось, что в эту воронку может втянуть не только меня, но и весь мой дом. Не хотелось повторить судьбу Элли из Канзаса.
Когда я распахнула дверь-окно, меня тут же вынесло за порог дома могучим порывом ветра. Обычно легкий и прохладный, он превратился в тяжелую, плотную массу, насыщенную зловещими предчувствиями. Ветер бил в лицо, мешая дышать, и только благодаря тому, что я изо всех сил уцепилась за проем, меня не унесло в неизвестность.
Лирана и Аэльдри, не выходя из купола, переглянулись. Их лица были бледными. Я и сама ощутила, как по спине пробежала дрожь: как будто кто-то невидимый скользнул по моему телу.
— Что тебе нужно? — крикнула я в небо. — Отстань от нас!
Следом за мной Лирана подняла взгляд наверх, и в ее глазах я увидела невообразимый страх. Она не могла этого скрыть. Мое сердце сжалось, когда я поняла: беда неизбежна, и, похоже, на этот раз никто не придет на помощь.
— Сидите в куполе, — приказала я Лиране, отчаянно цепляясь за косяк двери. — Это по мою душу.
Лирана отрицательно затрясла головой, но внезапно раздался пронзительный вой — будто тысячи волков собрались там. Аэльдри оттолкнула Лирану от двери, и та сама захлопнулась под натиском ветра.
У меня перехватило дыхание. Облака закручивались в вихре, формируя огромную черную воронку. Она высасывала всю энергию — словно гигантский хищник, алчущий поглотить. Эта воронка была сильнее и мощнее, чем ураган, что был в прошлый раз. Намного мощнее.
Камеру я крепко сжала в руках. Прежде я стремилась защищать фотоаппарат любой ценой. Но если за спокойствие Эфемироса придется заплатить эту цену — я была готова пойти на такую жертву.
Будто прикованная к месту, я не отрывала глаз от воронки. Она неумолимо приближалась, вбирая свет и пространство вокруг.
Мне нужно было время, чтобы принять решение. Самое трудное в моей жизни. Но его у меня не было.
Воздух вокруг наполнился диким ревом. Воронка неотвратимо расширяла свои границы, становясь бездной. Меня затягивало в самую сердцевину этого разрушительного водоворота.
Меня отбросило на облачный пол. Вокруг свистел ветер, а тьма сгущалась. На меня обрушился дождь из острых ветвей, царапающих и ранящих меня. В этой кутерьме не получалось ничего рассмотреть.
И в этот момент, в разгар хаоса, камера выскользнула у меня из рук. Она взметнулась в воздух, откликнувшись на зов воронки. Несмотря на все мои усилия, я не смогла удержать ее. А может, и не хотела удерживать.
— Нет! — закричала я, вытянув руки, но камера устремилась в черную дыру и растворилась в ней. Вслед за фотоаппаратом против воли угодила в безмолвие и я.
…Когда я очнулась, мир вокруг меня был окутан тишиной. Я лежала на облачной земле Эфемироса.
Однако ситуация при этой не была безоблачной. Едва придя в себя, я ощутила жжение в области груди и на руках. Я рискнула приподняться, но в этот миг меня пронзила волна боли, и я рухнула оземь. В голове царили туман и путаница, но вскоре я услышала знакомые голоса.
— Яра! Ты очнулась! — услышала я волнение в голосе Лираны. Присмотревшись, я разглядела, что она сидит рядом со мной, как и Аэльдри.