Противостояние Нижегородской и Пермской империй приближается к горячей стадии. Если это случится – Савино должно стать новым центром сил. И я сделаю все, чтобы подготовить мой городок к этому.
Квадроциклы остановились на специально подготовленной для них площадке между деревьями, а нам навстречу уже шла делегация: мужчина и женщина в сопровождении двух телохранителей. Обоих главных действующих лиц я узнал из подробного описания Феникса.
Худой мужчина лет сорока в длинном чёрном плаще — это Михаил, руководитель этого лагеря. А светловолосая высокая красивая дама в обтягивающем кожаном доспехе — Светлана, его помощница.
— Они чистые, — шепнул носатый на ухо главарю.
И вот только после этих слов Михаил широко улыбнулся.
— С возвращением, друзья! — Он пожал нам руки, а Светлана кивнула. — В новостях только и говорят о серии ЧП в Усмани, и ваш подвиг на первом месте! Поздравляю!
— Спасибо.
— Ну, пойдёмте, пойдёмте, герои! Отметим ваш успех и поболтаем о будущем!
Примечательно, что, говоря всё это, мужчина смотрел не на меня, то есть Дэна, а на Феникса. Видимо, центровец, чью внешность я позаимствовал, был простым исполнителем, а вот на моего друга у ублюдков были планы.
Следом за руководством мы прошли в небольшой домик, сделанный из прибитых к стволам деревьев досок. Телохранители остались снаружи, а мы вошли внутрь.
— Сначала надо помянуть Филиппа! — резко развернувшись, произнёс Михаил. — Как он погиб?
— Гусев был силён, — ответил Феникс. — Обычного человека мы убили бы на месте, но он, даже будучи смертельно раненым, сумел контратаковать. Филипп стоял ближе всего и принял основной удар.
С наслаждением слушая, как красиво врёт Феникс, я с помощью жучка наблюдал за действиями вставшей к нам спиной Светланы. Напитки женщина наливала из одной бутылки, но вот в две из четырёх кружек добавила немного белого порошка.
Яд или средство, которое должно нас расслабить и склонить говорить правду? Если первое, то мы в жопе и преждевременного боя не избежать. Но всё-таки, скорее, второе. О том, что «Центр» иногда применяет подобные вещества, перед операцией мне сообщил Пётр Алексеевич, «убийство» которого мы сейчас и отмечали. У Феникса откуда-то был иммунитет к таким штукам, а вот мне стоило подстраховаться.
— Прошу!
Светлана протянула сначала два бокала нам, потом Михаилу и последний взяла сама. Этого времени мне хватило, чтобы с помощью точечного применения магии тьмы полностью нейтрализовать всё лишнее из напитков.
— За Филиппа! Он погиб во имя великого дела! — провозгласил глава лагеря, и мы не чокаясь выпили. Угощение оказалось вполне достойным красным вином.
Повисла пауза, но она была недолгой.
— А теперь за наших героев! — В этот раз широко улыбнувшись, тост произнесла Светлана. — До дна!
Мы снова выпили, а я внимательно следил за реакцией центровцев. Если они сейчас хоть как-то продемонстрируют удивление от того, что наши хладные трупы не падают на землю, значит, это всё-таки был яд и пора начинать.
— Итак! — Михаил указал рукой на четыре простеньких стула рядом с низеньким столиком, на котором стояла единственная бутылка. — А теперь давайте рассказывайте всё, начиная с того момента, как вы приехали в Усмань, а битву с ликвидатором опишите в самых мельчайших деталях!
Следующие двадцать минут под пристальными взглядами двух весьма непростых собеседников, Феникс рассказывал всю заранее продуманную легенду о ликвидации цели.
— Новичкам везёт! — подытожил услышанное Михаил и сам налил нам остатки вина.
— А мне кажется, ребята просто молодцы! — укоризненно посмотрела на него Светлана. — И их ждёт большое будущее в Пермской империи.
— Я же с этим не спорю! — Лидер рассмеялся и повернул голову ко мне. — Дэн, спасибо тебе! Можешь идти отдыхать, а через три часа зайди, обсудим кое-чего.
— Есть!
Я в один глоток допил вино и вышел из шалаша. И только когда оказался снаружи, сообразил, что жучков внутри не осталось, при этом штаб, несмотря на свой неказистый вид, был защищён мощным магическим полем, через которое мои шпионы проникнуть не могли.
Черт! Ладно, Феникс не маленький, и, скорее всего, с ним просто хотят поговорить о дальнейшем сотрудничестве. Было опасение из-за ошейника, но насколько мы знали, Михаил их только одевает, снимают же их где-то в другом месте.
Я огляделся и пошёл к длинному, сделанному из протянутых между стволами деревьев веток бараку.
— Дэн! — тут же окликнули меня.
Сука, лучше бы я продолжал сидеть с Антоном!
С противоположной стороны лагеря ко мне чуть ли не бежал худощавый светловолосый парень лет двадцати пяти. Судя по описанию, это был Федя, лучший друг Дэна, то есть тот самый человек, что легко мог вывести меня на чистую воду.
— Здорова! — Я пожал протянутую ладонь. — Как вы тут?
— Да мы нормально! — радостно заголосил парень и потащил меня ещё дальше от штаба. — Ты как? Я слышал, вы таки завалили цель?
Про Филиппа он даже не заикнулся, но я от настоящего Дэна знал, что погибший был нелюдим и друзей здесь не имел.
— Да, но это было непросто. — Я развёл руками. — И устал как собака.
— Понимаю! Но это так круто, ещё один удар по Нижегородским сволочам.
