— Щит почти на нуле, — заорал Гензо.
Я ждал этого и с помощью настроенной на воздух второй пирамидки установил барьер, так что теперь пули застревали в нём. Ведомая моей рукой доска снова упала вниз, и ещё одна волна ревущего пламени прошлась по позициям противника.
Пожалуй, достаточно. Получилось действительно эффектно, но самое главное, эффективно. Трудно держать оборону, когда всё вокруг горит, и даже если я никого не убил, то заставил бандитов запаниковать и отвлечься, чем, разумеется, тут же воспользовались союзные войска. Они усилили нажим, и буквально через минуту снизу послышались приказы об отступлении.
— Они отходят к воротам, — сообщил я по рации.
— Поняла, — отозвалась Карина. — Мы их давим.
Я переключил канал.
— Воздушному флоту! Двигаем к нашим!
Все суда тут же повернули на восток, и вскоре под нами пронеслась стена города. Мы пролетели ещё пятьсот метров и оказались над опушкой леса, на которой стояло двести квадроциклов. И возглавлял прибывшее подкрепление полковник Борис Валентинович Озёрский.
С тех пор как я помог его людям переправиться через Оку и сопроводил их в Савино, он стал правой рукой Виктора Харитоновича. Общались мы с ним редко, но раз уже нам предстояло присоединить к себе город с названием Озёрск, то грех было не взять его с собой, заодно показать своё расположение и доверие.
— Они скоро придут, — сообщил я, опуская доску позади занявших позиции бойцов.
— Мы готовы, — кивнул полковник.
— Задача просто отметить своё присутствие, — напомнил я. — Людьми не рисковать. Если они вдруг решат попереть на нас, просто отходим.
— Вас понял.
— Отлично.
Следующие пятнадцать минут мы просто ждали, разглядывая пятиметровые стены города, над которыми в небо поднимался чёрный дым, а потом в воротах появился первый отряд противников.
— Огонь! — скомандовал Борис Валентинович, и наши калаши дали дружный залп.
Да, не хотел бы я оказаться на месте попавших в клещи бандитов, но при этом никакой жалости к ним не испытывал. Дикие земли вокруг моих территорий должны быть очищены от всякого рода мусора. Отныне тут место только честным сталкерам.
— Мы так и будем сидеть? — спросил Гензо.
«А?.. А нет. Погнали!»
Я запрыгнул на доску, убедился, что щит снова полный, и взлетел. Скоро мне предстоял серьёзный разговор с лидерами местных кланов, и чем сильнее впечатление я сейчас на них произведу, тем он пройдёт проще. Бомбардировщик устремился к бегущим в сторону леса врагам, и вскоре очередной поток пламени обрушился на их головы.
— В городе объявлено перемирие до полудня. Главы кланов уже собираются у ворот, — докладывала Карина, с лица которой не сходила довольная улыбка. — Думаю, что придут все, ну, кроме тех, кто сейчас сваливает с другой стороны ограды. По результатам переговоров уйдёт ещё не меньше трети, наша задача — обработать остальных. Сейчас на нашей стороне семь из двадцати крупных кланов, примерно столько же нейтральных. И точно есть те, кто на наше вмешательство смотрит негативно, хотя в целом они нормальные ребята. В диких землях не любят сильных новых игроков. Следите за моими пальцами, Дмитрий Николаевич. Если я сделаю так, — женщина сложила указательный и большой пальцы в кольцо, — это значит, что к текущему говорящему нужно отнестись с осторожностью. Думаю, будет лучше, если сначала я представлю нашу коалицию, а потом уже выступите вы.
— Так и сделаем, — кивнул я. — Можно только сначала тебя на пару слов?
— Меня?
— Да-да, тебя.
Я кивнул женщине и указал в сторону леса.
— Конечно.
Улыбка на лице главы «Ядовитого плюща» стала ещё шире. Вот только вряд ли она догадывалась, о чём я буду с ней говорить.
Мы отошли от других лидеров лос-сантовской коалиции и встали между двумя толстыми деревьями.
— Что вы хотели сказать, ваше сиятельство? — спросила женщина, когда я установил звуконепроницаемое поле.
— Я хотел сказать, что с тем, кто будет здесь моим ставленником, ещё не определился, — ответил я, внимательно глядя в карие глаза собеседницы.
— Ну, это понятно, — растерялась она. — Я думала, что, как здесь все успокоится, мы с советом посовещаемся, выберем наиболее подходящую кандидатуру и представим вам на утверждение.
— Карина. — Я сделал шаг и оказался в метре от женщины. — Как уже говорил, я за прямоту. Так вот, я одобряю амбиции и инициативу, но не люблю договорённостей за моей спиной.
— Что вы имеете в виду?
— Я имею в виду то, что знаю…
(Благодаря жучкам и Гензо).
— … Что ты уже подговорила группу лидеров местных кланов, чтобы они попросили поставить тебя здесь командовать.
— Да я…
— А ещё я знаю, что тех ублюдков, которых мы сегодня атаковали, ты тоже выбирала по какому-то своему личному критерию. Против этого я тоже не возражаю, но в следующий раз просил бы говорить со мной более откровенно.
— Они были уродами! Маньяками, работорговцами и убийцами.
Всё добродушие главы «Ядовитого плюща» разом испарилось с её лица, и сейчас передо мной стояла напряжённая и очень опасная хищница, готовая атаковать в любой момент.
— Именно поэтому я с тобой сейчас разговариваю, — чеканя каждое слово, проговорил я. — А не закапываю в яму.
