– Она не вернется на полную ставку, – ответила она. – Это сейчас она так думает, все они так думают. Но стоит ребенку родиться, как все меняется.
Я вошла в гостиную и рухнула на диван. Поднесла джин к губам.
– Ди не похожа на других, – заявила я Сэнди, которая тоже вернулась в комнату.
– Я знаю, – ответила она. – Но… я давно работаю в этой сфере. Когда рождаются дети, приоритеты меняются, в игру вступают гормоны. Те, с кем будущие мамы знакомятся на курсах для беременных, не возвращаются на работу, и все чувствуют себя виноватыми и плохими матерями, если выберут карьеру. Может, с Ди все будет по-другому, но мне в это не верится.
Во мне неожиданно забурлил гнев, словно Ди – да и вся женская часть человечества – предали меня. Ди еще ничего не сделала, да и решение, выходить ли ей на работу, никак меня не касалось, но я осуждала ее. Уже осуждала. Меня испугали собственные чувства, и Сэнди это заметила.
– Я не хотела тебя огорчать, – сказала она, чувствуя, что я погрузилась в свои мысли.
Я посмотрела на нее.
– Ты тут ни при чем. Просто… не знаю. Я счастлива за Ди, честно. Но она моя лучшая подруга, и я не хочу, чтобы что-то менялось.
– Но все изменится. Так устроена жизнь.
На часах было семь. Сэнди еще не ушла, и мы пили чай, чтобы протрезветь.
– Боже, уже стемнело, – сказала я, потянувшись через диван, чтобы раздвинуть шторы. – Я все время забываю, насколько зимой мрачно.
Я поскользнулась и рухнула на диван лицом вниз с приглушенным воплем. Сэнди рассмеялась, и я рассмеялась в ответ, утопив лицо в кожаной обивке. С Сэнди было так весело. Я даже ни разу не заглянула в телефон.
– Когда возвращается твой парень?
– Да кто его знает. – Я пыталась собраться и встать. В конце концов, покатавшись из стороны в сторону, чтобы увеличить амплитуду, я смогла встать на обе ноги. – Сперва он посмотрит все возможные футбольные матчи, лишь бы не проводить время со мной.
Сэнди, подняв бровь, отпила чаю.
– Вы поссорились?
Усевшись на стул за обеденным столом, я покачала головой, не сводя глаз с шоколадного пятна на ковре.
– Лучше бы поссорились, – сказала я. – Мне хотелось бы, чтобы он хоть раз наорал на меня. Приятно было бы знать, что я все еще могу вызывать у него сильные эмоции.
Я сделала глоток из чашки. В награду за то, что я не ела торт, я позволила себе добавить в чай один кусочек сахара. Ровно то, что нужно, но я знала, что буду корить себя за сахар, как только допью чай.
– Я знаю, что быть одной ужасно, – сказала я Сэнди. – И что у соседа всегда трава зеленее, и все такое. Но я завидую тому, что одиночек впереди ждут все прелести влюбленности. Этап бабочек в животе, этап чумового секса и этап, где твой партнер смотрит на тебя так, словно не может поверить своему счастью, а не так, словно ты не оправдал возложенных на тебя надежд.
Сэнди, смеясь, покачала головой.
– Тори, – сказала она поверх пара, поднимавшегося над кружкой, – быть одной – это не страшно. Да, порой это тяжело. Но это далеко не худшее, что может случиться. – Она помедлила и продолжила: – Я хочу сказать, это лучше, чем быть несчастной в отношениях.
– Это как посмотреть, – почему-то заспорила с ней я. – Ди рассказывала мне о своих свиданиях, и иногда это была просто жесть.
– Я и не спорю. Некоторые свидания – это просто кошмар. Едва мне исполнилось тридцать пять, число претендентов резко сократилось, потому что мужчины всегда ставят этот возраст в качестве верхней границы, даже когда им самим сорок два. – Сэнди прикрыла глаза, а затем посмотрела прямо на меня. – Конечно, вокруг много всяких засранцев, и все это может быть достаточно утомительным: порой кажется, что с тебя довольно… Можно мне еще чаю? Я скоро уйду, обещаю.
Я улыбнулась ей.
– Конечно. Я тоже выпью. И я ни в коем случае тебя не выгоняю.
Сэнди стояла рядом, пока я кипятила воду в чайнике. Она отметила мои забавные чашки, которые Том не считает смешными. Я пила из кружки с переиначенной цитатой из песни Лайонела Риччи: «Hello? Is it tea you’re looking for?»[10], а Сэнди досталась кружка Адель «Hello? It’s tea»[11]. Мы добавили молока, и я воздержалась от сахара, потому что пила сладкий чай в прошлый раз. Мы снова сели на диван и продолжили разговор с того же места, как будто знали друга друга много лет.
– Когда я снова стала ходить на свидания, – продолжала Сэнди, – я сначала была в шоке от мужчин. У меня случилась пара невероятно провальных свиданий, и я начала волноваться, что со мной что-то не так.
Я так крепко ухватилась за ручку кружки, что странно, как это она не отвалилась. Неужели Сэнди может оставить кого-то равнодушным? Я сама уже была едва ли не влюблена в Сэнди. Она рассмеялась.
