Очнулся я, кажется, от щекотки. А может, сначала очнулся, а потом ее почувствовал. Гневный хвост Сырка мотался из стороны в сторону, периодически проезжая по моему носу. Я чихнул. Кис взвился в паническом прыжке, в воздухе развернулся на сто восемьдесят градусов, обозрел мою скромную персону и облегченно вздохнул.
– Живо-уй!
– Ну не мертвый же. Просто очередным образом апгрейднутый, – усмехнулся я и сел.
– Ну, я-у так и подумал, мр-р-р. Но мало-у ли… А вдруг эта-у Киса-крыса тебя-у траванула чем… – смущенно принялся оправдываться Сыр, но тут же спохватился и перевел разговор на другую тему. – А чем апгрейднутый на этот ра-уз?
Я отвел руку в сторону и, мы вместе уставились на пояс. На фоне барханов зыбко проступал резной дворец с куполами и минаретами.
– Мира-уж? – поинтересовался Творожок.
– Иллюзия, – подтвердил я, – только, как я посмотрю, слабенькая. Да, собственно, она у меня не овеществленная вышла.
– Но впечатление ты-у произве-ул! – солидно кивнул кис.
– А куда, кстати, впечатленная баронесса делась? – спохватился я.
– Сбежала! Мр-р-ру-а! – по самодовольной клетчатой морде расплылась улыбка. – И никакая она-у не баронесса вовсе!
– Думаешь? Мне, вообще-то, тоже так показалось. Какая-то она…
– Я-у не думаю, я-у знаю! – перебил Сириус. – Я-у ей пригрозил в дворянское собрание нажаловаться за твое-у убиение. А она-у мне-у знаешь, что ответила?
– Что?
– Что она-у на такое-у не подписывалась, а Собрание ей пофигу, поскольку она-у такая же баронесса, как я-у – доберман-пинчер, – кис злобно зарычал и распушил шерсть.
– Тогда я совсем не понял, что ей здесь нужно-то было, – вконец растерялся я.
– В Академию-у тебя-у завербовать. Видать, очень ты Шимшигалу нужен, мр-р-руа! Это наверняка-у потому, что он мои-у сапоги возвращать не хочет.
– Причем я – причем твои сапоги – своими туманными умозаключениями Сыр окончательно сбил меня с толку.
– Да какой же мяу-маг по доброй воле от кошачьей жизни-у откажется?! Это же… это… мур-р-р-уа-уа!
– Объяснил, однако! – вздохнул я и, решив не заморачиваться на тонкостях кошачьего самомнения, пошел к камину искать новую порцию золы.
– Ты-у вот на поясе символы прячешь, а мне-у что делать? – горько посетовал кис.
– Молиться, чтобы старик связь между моими залысинами, твоими пятнами и множественными апгрейдами не углядел, – проворчал я. – А то тогда точно все заботы на мои хрупкие плечи лягут.
– Но не на мои-у же! – съехидничал этот гад.
– Хной покрашу! – предупредил я, и кот обиженно заткнулся.
