– Пусти, немедленно! – верещала я.
Но Глеб, не слушал. Он открыл дверцу пассажирского сиденья, и запихал меня в машину.
– Мы всё равно поговорим, хочешь ты этого или нет! – садясь за руль, сказал мужчина.
– Это похищение! Я заявление в полицию напишу! Отпусти, немедленно!
– Отпущу, как только ответишь на мой вопрос! Это мой ребёнок?
– Нет!
– Зачем ты врёшь мне? Велесов сказал, что ты носишь моего ребёнка!
Я молчала.
– Что изменится, скажи, если ты будешь знать, что это твой малыш?
– Я уйду от Дианы!
Я удивлённо взглянула на Глеба.
– То есть, ты бросишь беременную жену, и вернёшься ко мне? А кто тебе сказал, что я приму тебя?
– Диана не беременна.
– Как это понимать? А что вы делали в магазине одежды, для будущих мам?
– Понимаешь, всё это игра, и брак наш фиктивный! Я хотел рассказать тебе, но…
– Мне это уже не интересно! Фиктивный или настоящий у тебя брак! Беременна или не беременна твоя жена! Мне, всё равно! Ты мне не нужен! И, да, ребёнок твой! Но я рожу и воспитаю его, без тебя!
В глазах мужчины появилась боль. Он отвернулся к окну и тихо сказал:
– Знай, что я по-прежнему люблю тебя.
– Мне безразлично! Отпусти меня!
Никольский разблокировал дверь, и я, выскочив из салона, быстрым шагом отправилась к подъезду.
Поднявшись в свою квартиру, я разделась и подошла к окну. Машина, всё ещё, стояла возле дома. «Мне всё равно!» – повторяла я как мантру, убеждая себя в том, что ничего не чувствую к этому мужчине. «Возьми себя в руки и успокойся! Ты справишься с этим! Ты сильная!» – говорила я себе.
Настроение было испорчено, и никаких праздников уже не хотелось. Я заставила себя пойти на кухню. Вчера я замариновала курицу. Вытащив птицу из холодильника и, переложив в форму, отправила её в духовку. Телефонный звонок отвлёк меня от невесёлых мыслей. Звонила Катерина.
– Милая, может всё же, приедешь к нам? Что ты там одна будешь?
– Прости, я дома останусь. Уже курица в духовке стоит. Возможно, завтра или послезавтра, приеду к вам.
– Жаль! С наступающим, тебя!
– Спасибо! И вас, тоже! Поцелуй за меня отца и Кира!
Я вернулась на кухню. Нарезала овощи и сделала фруктовый салатик. Мясную, сырную и рыбную нарезки, я заказала в ресторане. Часы показывали начало девятого, когда в дверь позвонили. Посмотрев в глазок, увидела Никольского.
– Боже, дай мне силы! – взмолилась я.
Мужчина снова позвонил. Я решила открыть.
– Что ещё, ты хочешь от меня?
– Я должен рассказать тебе всё! И я не уйду, пока ты не выслушаешь меня!
– Другое время, ты не мог выбрать? Я не хочу встречать Новый год, с тобой!
– Даля, пожалуйста!
Я прошла в гостиную и села на диван. Никольский прошёл следом и, оглядевшись, сказал:
– Хорошая квартира! Сколько здесь комнат?
– Четыре…
– Ты оформила уже детскую?
– Зубы мне не заговаривай! Слушаю тебя! Надеюсь за час, ты справишься?
– А ты ждёшь кого-то?
– Для тебя это не должно иметь ни какого значения! Говори, что хотел, и уходи!
Никольский пристально посмотрел на меня и присел в кресло, напротив.
– Когда Велесов попросил принять тебя на работу, я уже знал, кто ты.
Я удивлённо взглянула на мужчину, а он продолжил:
– Я ненавидел тебя и твоего отца с тех пор, как Марк Генрихович Гросс, практически, разорил нашу семью! С отцом, тогда, случился сердечный приступ, он чудом выкарабкался, а мать, чуть не наложила на себя руки, умоляя твоего отца, не заводить уголовное дело, против нашей семьи! У нас забрали всё! Конечно, сейчас, я понимаю, что твоя мачеха, ловко всех облапошила, подсунув, хорошо сфабрикованные документы, Марку Генриховичу. В них говорилось, что отец выводил крупные суммы, на оффшорные счета. На самом же деле, деньги переводились на иностранный счет, нашего общего знакомого, Игоря Кирилова. Ну, это я узнал, когда Ткачёв начал проводить расследование. В то время, я должен был уехать в Америку, учиться. Годовое обучение было уже оплачено, и мама заставила меня уехать из страны. Тогда-то, я и сменил фамилию! Снова, отцу помог встать на ноги, давний школьный приятель, Сергей Николаевич Зорин. Он дал ему крупную сумму, для того, чтобы папа открыл своё дело. Он выкупил несколько ювелирных мастерских, заключил договор с золотодобывающей компанией, и стал работать. У Зорина была дочь, Диана, младше меня на пять лет. Закончив первый год обучения в Йеле, я приехал на каникулы домой, где на ужине, в честь моего приезда, я познакомился с Дианой. Ей было тогда шестнадцать лет. Девочка, просто свихнулась на мне!
Я хмыкнула.
– Какое самомнение…
