– Ох, да не переживайте, доктор Зеер! – она вдруг рассмеялась и похлопала его по плечу, – мы же друзья. Друзья должны обсуждать то, что их волнует, разве нет?
– Конечно.
Мария кивнула ему и вышла из кабинета. Она всегда питала слабость к интеллигентным и умным мужчинам, и Филипп был из таких. Мария не считала себя умной и привыкла покорять мужчин другими способами, как правило, эпатажем и псевдонедоступностью. Но это было не все, Мария знала и старалась не признаваться себе в истинной причине своего наваждения. Филипп был похож на отца Севы, математика с биполярным расстройством. Мария была безумно в него влюблена. Его очередная попытка суицида увенчалась успехом незадолго до рождения Севы. Мария потом долго восстанавливалась. Эта история никак не вписывалась в имидж амазонки, поэтому она всем говорила, что воспользовалась услугами донора.
После встречи с Филиппом Марии стало казаться, что она может создать семью с ним. Несмотря на весь эгоизм, она ни на минуту не забывала о Зо и их ребенке. Мария
никогда не бросила бы их, помогала бы, чем могла, при одном условии: Филипп должен был принадлежать ей.
***
Последние рабочие дни Зо тянулись вечно. Почему-то возникало много проблем: центры отказывались от сотрудничества в связи с нехваткой средств и персонала, а некоторые намекали на политические разногласия и не хотели сотрудничать ни с какими американскими компаниями. Зо штрафовали за каждый неподписанный контракт, и она нервничала.
Несмотря на повышения Филиппа, денег больше не становилось. У них едва хватало на оплату ренты и отопления, не говоря о том, что нужно было покупать все для малыша, а отложенных денег хватило бы разве что на колыбель и две бутылочки. Декретный отпуск ей не светил, нужно было уходить с работы либо возвращаться сразу через 4 недели после рождения ребенка.
В этот момент на почту Зо пришло предложение из России. Она вздохнула мечтательно: предложение было выгодным, хорошо сформулированным и рентабельным, но она не могла туда поехать еще в течение полутора лет, а значит, кто-то другой будет курировать проект и получит за него деньги.
Через неделю к ней зашел шеф: поблагодарить за хорошую работу, пожелать всяческих благ.
– Может быть, мне положена какая-то премия? – спросила Зо довольно нагло – так иностранцы обращаются с чужим языком: когда важнее передать смысл вопроса, чем заботиться о его форме.
– Не думаю, – весело ответил начальник. – Но ты очень хорошо работаешь, очень.
Он ушел.
Зо начала собираться домой. Еще один день, приблизивший ее к длинному неоплачиваемому отпуску.
Она пыталась поместить папку с бумагами в сумку, когда почувствовала на себе чей-то пристальный взгляд. Зо подняла голову и вскрикнула.
Ив улыбнулся.
– Что ты тут делаешь?
– Я говорил, что дотянусь до тебя. Ты же не думаешь, что такие предложения по сотрудничеству делают незнакомцы?
– Это был ты? – удивилась Зо. – Ты там работаешь?
– Я помощник начальника юридического отдела в Москве. В основном езжу в командировки и заключаю договоры, – он подошел к ее столу. – Ты очень красивая. Тебе идет.
Зо инстинктивно обняла живот: она всегда чувствовала от Ива опасность, и всегда была в напряжении.
– Спасибо, – она улыбнулась по-глупому счастливо: чувства к ребенку захлестнули ее и перевесили настороженность. – Это девочка. Мы назовем ее Нино.
– Нино, – повторил он, – немного странное имя для тебя.
– Почему?
– Я ожидал от тебя Камиллу или Амаль, что-нибудь такое.
– Мне нравится Нино, – агрессивно перебила его Зо, хотя имя действительно было компромиссом с Филиппом. Она же хотела Камиллу.
– Ладно, ладно, – Ив поднял руки, глядя на нее со снисходительным умилением, – я рад, что у тебя все хорошо.
– Зачем ты пришел?
– Посмотреть, как у тебя дела, – сказал Ив.
Он бы никогда не признался ей, насколько ему было важно знать, что она выбрала Филиппа ради лучшей жизни и что чувства здесь были вторичны. С таким раскладом он мог бы смириться.
– У меня все хорошо.
– Я рад. Правда. Хотя мне жаль, что между нами сохраняется это напряжение, почему?
– Нет никакого напряжения, – сказала Зо.
– Тогда мы можем выпить кофе?
– За мной сейчас приедет Филипп.
– Так, может быть, ты нас, наконец, познакомишь? – в его светлых глазах заплясали насмешливые искорки.
Зо, наконец, уместила папку в сумку, выдохнула и присела на стул.
– Что такое? Тебе плохо? – Ив в один прыжок обогнул стол и присел перед ней, взял ее за руку.
– Нет, нет, все в порядке, – Зо схватилась за живот. – Дай мне мой телефон…
– Я отвезу тебя в больницу.
– Нужно позвонить Филиппу…
– Позвонишь из машины, пойдем, пойдем потихоньку.
Внизу в дверях они столкнулись с Филиппом.
– Что случилось? – Он оттолкнул Ива, подхватил Зо под руки, – Что с тобой? Что-то с ребенком?
– Все хорошо, все в порядке, – шептала Зо, голос внезапно сел, – надо в больницу.
– Зачем в больницу? У тебя что-то болит?
Она закивала.
– Живот.
– Поехали, поехали.
Он аккуратно усадил ее в такси, и они уехали в роддом. Ив остался стоять на обочине. Он нащупал рукой скамейку и медленно опустился на нее, выдохнул.
***
