– Молодец ,- скупо похвалил Шрам. (Ну а что? Реально молодец. Наблюдателя заметила и поймать успела. Годный разведчик получается. Правда, сам Саня его ловить бы не стал, а, скорее, проследил бы куда он побежит. Почти сто процентов привел бы он его в их тайное логово. Но и так получилось неплохо. Растёт девка.)
Впрочем, погордиться девке долго не дали. Пацанёнок извернулся и вцепился зубами в руку, которой она его удерживала. Да добро так кусанул, главное. Вита аж вскрикнула и выпустила мелкого. А тот тут же дёрнул бежать, ревя в голос на ходу. Грязно выругавшись (ай-яй-яй, а ещё девочка) Юшка качнулась было ловить беглеца, но Шрам успел перехватить её за руку.
– Стой. Я сам. Пленника сторожи. И посмотри, что с Лешим. Что-то он долго в себя приходит.
И только после этого устремился вслед за малышом. Вот он шанс! Там где старший парень побежит в противоположную сторону от их тайного убежища, уводя за собой погоню (по крайней мере, вот этот боевитый парень точно бы так поступил. Да и сейчас, когда очнётся — не уверен, что его разговорить удастся. Будет «партизана» из себя изображать), малыш инстинктивно побежит «домой». Туда, где, по его мнению, безопасно, где никто не найдёт, и ничего плохого там, в принципе, случиться не может... И приведёт туда его, Шрама.
Именно поэтому Александр, способный настичь беглеца буквально в несколько шагов, не спешил хватать его. Наоборот, двигался с изрядным отставанием и скрытно, чтоб малыш его не видел. Особых проблем с этим не возникало. Мало того, что пацаненок был ещё совсем шмакодявкой, мало того, что он ревел на бегу, всхлипывая и теряя дыхание, так у него еще и обувь, похоже, не его размера. Вон как запинается бежит. И обувка хлопает, явно мотыляясь на слишком маленьких ножках. А на полпути он и вовсе потерял один из кроссовок, запнувшись им в очередной раз.
Не став его подбирать малец, всхлипывая, ломанулся в неприметный сарай. Юркнул в него и обратно не вышел. Санёк удивился. Днем они уже проходили здесь. Проверили и дом, и гараж. И в сарай этот заглядывали. Ничего там интересного. Всякое барахло. Тяпки, грабли, ведра, тряпки какие-то старые... Похоже, плохо смотрели. Тайник именно там.
Ломиться нахрапом в одиночку в темный сарай, где его может ждать засада (а ну как там есть и ещё парочка таких резких парней, как тот, которого Шрам недавно вырубил?), Саня не стал. Вот ещё! Вместо этого обошел сарай по кругу. В темноте было плохо видно, но главный следопыт анклава (хотя, с возвращением из Тюмени Лешего, наверное, всё-таки второй, а не лучший) чётко видел: Да в сарай (ну, или — из сарая) частенько ходили. Как не старались поменьше следов оставлять, а тропинку всё-таки набили. И да... Второго выхода из сарая нет. Все остальные стороны густо заросли крапивой в человеческий рост. Там никто не ходит. Так что...
Подойдя в двери сарая (с автоматом наготове, а вдруг кто выскочит?), Шрам запер дверь, просунув в проушину для навесного замка один за другим целый десяток всё тех же пластиковых хомутов. Нормально. Крепко держится. Дверь, конечно, это не руки. Тут их порвать куда проще. Но десяток зараз... Очень сильный человек должен быть. А ещё вот... Саня подпёр дверь каким-то брусом, найденным неподалеку. Всё: теперь никуда не денутся.
И Саня вернулся к своим. Как там без него ребята справляются? Как оказалось, неплохо. Леший успешно пришел в себя, а Юшка перемотала его голову бинтом. Крепко его пленник приголубил. Кожу рассадил. И это простой палкой! Что было бы, будь у него там какой-никакой наконечник? Ну а на голове всегда так. Малейшая царапина и с тебя крови натечет как с барана.
Пленник, кстати, тоже пришёл в себя. Правда, взгляд ещё мутный. Ну Шрам тоже не сдерживался когда увидел как он бездыханного Лешего шмонает. Погорячился, конечно. Но, взгляд хоть и мутный, но ярость и готовность умереть, но ничего не рассказать в нем и так читается. А и не надо! Играй тут в партизана, если хочется. Уже поздняк метаться. Накрыли вашу хавиру.
Повёл ребят за собой. Леший очухался, но идёт не уверенно, хоть и старается виду не подавать. Вот Юшка бодрячком. Придётся с ней внутрь лезть. Лёшка пусть за пленником и за подходами смотрит. А пленник, увидев куда они направляются, просто в лице переменился. Дёрнулся, попытался вырваться. Пришлось успокаивать.
