— А, вот как, тогда мне понятно, почему он посещает вместе с нашими пожилыми матронами и вдовами больных в госпиталях. — Задумавшись, Энни прикрыла ладонью губы и нос. — Хотя постойте, раньше он ни за что не решился бы на такое. Нет, это все только ради вас. Он предложил свою помощь не кому-нибудь, а именно вам. Как вы думаете, что все это может значить?
«Что это может значить? Если бы ты видела его волнение, когда я раздумывала над тем, принимать мне его помощь или нет», — подумала Маргарет.
— Сегодня мы встречаемся в Королевской академии после полудня. — Маргарет встала из-за стола. — Старшая из сестер Баннер сообщила мне, что она знает еще несколько женщин, которых бьют мужья. Между прочим, они живут примерно в том же районе. Надо будет их найти и, по крайней мере, сказать им, что в случае необходимости они могут рассчитывать на мою помощь.
— А не напугает ли герцог этих бедняжек одним своим видом? — усмехнулась Энни.
Маргарет немного растерялась:
— Надеюсь, что нет.
«Интересно, леди Маргарет, а что ты чувствуешь, когда на тебя смотрят, не отводя глаз и не обращая внимания больше ни на кого?»
— Вполне может быть, — согласилась она. — Думаю, Энни, ты права. Я попрошу его подождать где-нибудь снаружи, пока я буду разговаривать с этими несчастными.
— Это было бы очень разумно, — отозвалась Энни.
«Конечно, разумно, спасибо за подсказку, — подумала Маргарет, — сейчас я почти ничего не соображаю».
— А когда с этим будет покончено, я собираюсь поехать на вечер к лорду Персли. Там будут играть в карты, лорд Персли считает себя хорошим игроком. Посмотрим, так ли это на самом деле.
— Надеюсь, вы сумеете обставить его, а также других лордов, в противном случае мне придется подумать о вашем пропитании, — шутливо сказала Энни.
— Я их не обманываю, Энни, — в тон служанке насмешливо ответила Маргарет. — Просто я лучше их играю в карты, вот и все.
— В таком случае не теряйте хладнокровия и не забывайте об осторожности, — уже серьезно произнесла Энни.
Конечно, она будет и осторожна и хладнокровна. У нее нет другого выхода. Карточные выигрыши и литературные гонорары — только это отделяло Маргарет от того, чтобы висеть на шее у сестры, рассчитывая на ее доброту и щедрость. Будь это так, о возможности помогать несчастным женщинам, попавшим в беду, пришлось бы забыть.
Маргарет приехала в Королевскую академию живописи и скульптуры чуть раньше условленного времени. Лашема еще не было, но она нисколько не сомневалась в том, что он придет. Он обещал, значит, обязательно будет. Они были знакомы совсем немного, но у нее уже не осталось никаких сомнений в его чувстве долга и честности.
Однако время шло. Маргарет провела более четверти часа в одном зале, рассматривая то один пейзаж, то другой, а его все не было.
Однако даже любимая живопись не помогала ей отвлечься. В голове продолжали кружиться самые разные мысли — сумбурные, неясные, но в целом приятные.
До визита в Академию Маргарет как обычно занималась написанием очередной части ее романа. Ей пришлось нелегко, ее все время тянуло написать что-нибудь об одноглазом мужчине, который целуется с главной героиней. Но выручил старый персонаж — дракон, у которого точно было два глаза, и кроме того, всем было хорошо известно, что драконы не целуются.
— Леди Маргарет.
От неожиданности она чуть было не подпрыгнула. Целиком погрузившись в свои мысли, девушка не заметила, как он подошел к ней. От низкого тембра его голоса у нее, как обычно, поползли мурашки по спине и слегка задрожали колени. Ее нелегко было смутить, но сейчас Маргарет растерялась. Она никак не могла отделаться от недавних воспоминаний о прошлой ночи, когда он неожиданно показал себя совсем с другой стороны. Припомнился поцелуй, его жадные губы и сильные руки, которые крепко держали ее в объятиях, не позволяя ей упасть, а она непременно упала бы, если бы он не поддерживал ее.
Нет, она не нуждалась ни в чьей поддержке, она накрепко усвоила этот суровый урок. Но тут таилось нечто другое — соблазнительное очарование: поддаться другому, более сильному, позволить ему проявить его силу…
Маргарет молчала, погрузившись в свои мысли, а Лашем все стоял перед ней. Ожидание затягивалось, и постепенно на его красивом лице все заметнее и заметнее проступало недоумение.
Она догадывалась, что он чувствует. Хотя, учитывая выражение полной растерянности на его лице, девушка могла и заблуждаться.
— Добрый день, ваша светлость, — наконец произнесла она, делая короткий реверанс. Наклонив голову в сторону ближайшего полотна, она вслух заметила: — Все-таки мне больше нравятся картины, на которых изображены люди, а вам?
— Трудно сказать, — серьезно ответил он и, заложив руки за спину, подошел к картине. — Пейзажи не лишены своеобразной прелести, в них есть спокойное очарование. Какие бы тревожные мысли вас ни одолевали, как бы вам ни было грустно и одиноко, постояв перед пейзажем, вы вдруг ощутите, что к вам в душу снисходит покой.
