Я только кивнул нервно и, собрав вещи, отправился искать метро, на ходу тыкаясь в экран смартфона в поисках нужного приложения. Получалось, честно говоря, не очень. Все-таки я — существо дремучее.
Москва, как выяснилось, представляла собой слоеный пирог. И если в юридике у Вишневецких таких слоев было два — панский и простолюдинский, то здесь — целых три, а местами даже четыре и пять.
На практике это выглядело следующим образом: всё, что располагалось выше десяти этажей, считалось опричниной. Задрав голову, можно было увидеть шпили из стекла и бетона, ажурные конструкции непонятного назначения, голографические проекции в воздухе и массу летательных аппаратов — от привычных уже конвертопланов до аэротакси и натуральных летающих тарелок. Там же, у опричных небожителей, расцветали висячие сады, порхали искусственно выведенные химерологами и генетиками яркие птицы… Верхняя Москва, Верхний Город представлял собой тот самый чудесный мир будущего, который мы все себе представляли.
На поверхности земли располагалась земщина — Средний Город: привычные панельные многоэтажки, супермаркеты, кафе, конторы, школы и детские садики, скверы и парки, храмы и ночные клубы, полные машин улицы и битком забитые людьми тротуары. От знакомой мне Москвы здесь имелось, пожалуй, только одно существенное отличие: автомобили были электрическими. Ни вони от выхлопных газов, ни гудения двигателей, только шелест шин, гудки сигналов и музыка из по-весеннему открытых окон.
Отдельные участки земли, настоящие усадьбы — обычно на месте исторических особняков и поместий древних аристократических родов — имели статус юридик. Но, в отличие от Минска, юридика здесь заканчивалась оградой. Шикарные резиденции Юсуповых, Морозовых, Урусовых, Трубецких, Гагариных, Орловых, Воронцовых и многих-многих других представителей магического дворянства пытались перещеголять друг друга блеском дворцов и ухоженностью парков. Иногда это смотрелось довольно странно: какой-нибудь задрипанный вещевой рынок, где снага на колоде рубят тушу то ли овечки, то ли собачки, и рядом — золотая ограда, вышколенные дружинники, блеск и роскошь.
На всё это я глянул буквально краем глаза и гораздо в большей степени — ознакомился теоретически, на экране смартфона. А на практике, своими ногами, я путешествовал в основном по Нижнему Городу или Московскому Сервитуту. Огромная, разветвленная система подземных коммуникаций, включая метро, торговые центры, паркинги, жилые комплексы кхазадов, снага и гоблинов (и некоторых людей — тоже) — всё это существовало по правилам, отличным от принятых наверху. Здесь жил и работал свирепый и конкретный народ, привычный к постоянным схваткам с Хтонью!
Аномалии тут были явлением привычным, местами даже родным, прижившимся. Например — Призрачный Вокзал между Курской и Михалинской или Темные Пассажиры на Чертановской. К этому все привыкли и угрозой особенной не считали. А вот периодические нашествия Резиновых Людей, Огненных Червей, мутировавших крыс и прочих неприятных персонажей — это было бедой реальной, так что местные всегда были готовы к бою, часто — носили элементы брони и качественное холодное оружие или военные артефакты. Огнестрел тут был не в чести: в скученности и ограниченном пространстве подземки лупить длинными очередями из автомата — идея не самая адекватная.
До двенадцати ноль-ноль я должен был успеть посетить два места: любой строительный магазин и, конечно, Министерство Магии, то есть — Чародейский Приказ. Располагалось интересующее меня здание на Кудринской площади и выглядело… Да как сталинская высотка оно выглядело, только вместо тоталитарного ар-деко было выполнено в псевдорусском стиле. Ага, красного цвета, с башенками, плинфой и цветными крышами а-ля Кремль, храм Василия Блаженного и Спаса-на-Крови. Тут, в этой Москве, вообще любили псевдорусский стиль, его было много и густо. И все двадцать высоток, выстроенных в период бурного капиталистического роста экономики, который последовал после выхода из кризиса Восстания Пустоцветов, тоже представляли собой эдакое современное продолжение и расширение кремлевской эстетики.
Зачем мне было в строительный магазин? Когда-то давно мне рассказали способ, как пройти куда угодно. И, добавив к этому свои способности нулевки (точнее, отсутствие способностей), я намеревался пройти в святая святых магической бюрократии. Потому что если не я, то кто?
Рядом со мной в вагоне метро тряслась бригада кхазадов — в красных спецовках, оранжевых светоотражающих жилетах и оранжевых же касках.
— Хуеморген, — вежливо поздоровался я. — Господа, подскажите, где я могу найти строительный магазин?
— И вам здра-а-а-асте… — глянули на меня гномы. — А вам чего надо? Магазинов и магазинчиков полно, но у каждого — своя специфика…
— А мне нужно вот… — я оглядел их. — Вот одежда для малярных работ на высоте, скажем. В районе метро Пресненская.
