— Плохо дело. Без денег в этом материальном мире очень сложно.
Трудно было не согласиться с этим утверждением.
— Мне тоже так кажется.
— А чего тогда на базар пришла, если за душой ни гроша?
Бесхитростная прямота этого субъекта несколько обескураживала. Вот что на такое можно ответить? Это тебе не витиеватые беседы высшего света. Нет, похоже, здесь если человек хочет что-то узнать, он просто спрашивает.
Деньги есть? А почему нет? А как ты без денег? Сколько тебе лет? Какого цвета твое исподнее? Где ты была позавчера? Что тебе снилось на прошлой неделе?
— Случайно. Я шла в сторону библиотеки.
— Духовная пища дороже телесной, — протянул парень. — Это ты зря. Организм поддерживать тоже надо.
— Именно этим я и планирую заняться при первой же возможности.
— Вот это правильно. Разумно мыслишь. На такое не каждая женщина способна. Может, ты есть хочешь?
— А почему вы спрашиваете? — насторожилась я. Хоть мы и сдвинулись куда-то в уголок, чтобы не мешать никому, вокруг по-прежнему сновали люди и это немного успокаивало. Ну не съест же он меня прямо тут, при всех. Однако об осторожности все равно забывать не следует. Я уже утратила бдительность один раз, с Кэсс, мне хватило.
— Ща я тебе организую перекус, красотка, — весело подмигнул он. — Закон вселенной. Ты мне помочь не смогла, постараюсь я тебе подсобить. На таких вот вещах и держится равновесие. Вчера, например, у меня денег не было, проставлялись другие.
— И как вы сможете «организовать мне перекус», если сами ограничены в средствах? — это уже любопытно.
Парень провел пальцами по коротко стриженым волосам и ухмыльнулся.
— Все будет в лучшем виде. Пойдем.
Помотав головой, я сказала, настороженно глядя на довольного собой незнакомца:
— Я, пожалуй, воздержусь.
— Осторожничаешь? Правильно, конечно, но я тебе не наврежу. Будем все время находиться в людном месте, если почувствуешь, что я щипаю тебя за грудь, кричи: «Пожар!».
— А почему «пожар»? — позволила я увлечь себя в самое сердце базара, к торговым рядам.
— Потому что люди на угрозу пожара реагируют быстрее, чем на крики вроде «убивают», «режут», «грабят» и так далее. Такова уж человеческая натура, сестренка. Хмм… — он придирчиво оглядел клубнику у ближайшего прилавка. — У вас клубника сладкая?
— Сладкая-сладкая, — кивнула продавщица, успевая при этом взвешивать клубнику одному покупателю и выдавать сдачу другому. — Медовая просто.
— Мы с Карлой едим только сладкую клубнику, которую выращивали без зелий-стимуляторов. Можно попробовать?
— Пробуйте-пробуйте, — разрешила она.
Мой новый знакомый взял одну ягодку, придирчиво осмотрел и сунул мне. Потом взял вторую и съел.
— Хм… Действительно вкусно. Тебе как? — но ответа не дождался. — Ладно, мы еще посмотрим, потом к вам вернемся.
И он увлек меня к следующему прилавку. Мы обошли весь овощной ряд. Мы попробовали клубнику, малину, шелковицу, редиску и базилик. Не везде нам удалось поживиться. Некоторые торговки окидывали нас быстрым взглядом и отказывались позволить снять пробу. У одной мой невольный партнер без спроса взял ягоду, и женщина тут же подняла шум.
— Каждый если возьмет, то уже полкило и нет! — кричала она. — Можно было хотя бы спросить! Подошел, берет! Как у себя дома прямо.
— А мы бы купили! Мы бы купили, будь у вас товар нормальный! А то ведь сплошная кислятина! Чем людей кормите? — заорал мой приятель и потащил меня дальше.
Мне казалось, что все на нас смотрят и осуждают, что каждый знает: у нас нет денег, мы мошенники. Моего спутника же подобные мелочи нисколько не смущали.
— Теперь пойдем покупать творог! — радостно воскликнул он. — Ну что, Карла, лучше стало?
— Я не Карла.
— Разумеется, нет, — задорно подмигнул он. — Не буду же я называть тебя «прекрасная незнакомка».
— Меня зовут…
— О, это ни к чему, — отмахнулся он. — Я не зацикливаюсь на именах. Что есть имя? Так, сущая мелочь. Пустячок и только. Итак, как ты себя чувствуешь?
— Хорошо.
— А будет еще лучше. Потому что мы идем в молочный отдел. Молоко, творог, сметана и брынза. Все к твоим услугам, милая. Ах да, пока не забыл. Второй раз на одном базаре такой фокус лучше не проворачивать. У людей бывает до отвращения хорошая память. Аж противно.
В молочном отделе я окончательно наелась. Может, еда в королевстве Дроздоборода такая сытная (ага, еда сытнее, трава зеленее и так далее), может, я просто отвыкла от пищи, и даже скромное ее количество оказалось чересчур для моего желудка, но рынок я покидала с чувством насыщения.
— Так ты… замужем? — деликатно поинтересовался мой новый знакомый. Он вертел в руках абрикос, который, по его же словам «честно свистнул с прилавка той вредной тетки» и развлекался тем, что подбрасывал фрукт, а потом ловил.
— Пожалуй, да, — без особенной уверенности сказала я. Замужем ли я? Официально, конечно, да, а вот по ощущениям… не чувствую я себя замужней дамой. Несчастной чувствую. Бедной. Брошенной. А вот замужней не чувствую.