– Ты студент, а я преподаватель, Барсов! – она цедила слова, напуская флер учительского тона. – И немедленно оденься! – Ты мой бывший преподаватель… – Одеваться я не собирался, наоборот, планировал уровнять счет в количестве одежды с Ариной в свою пользу. – Это против правил! – Каких правил? Мы не в универе. Я нравлюсь тебе, ты хочешь меня, и это взаимно. У тебя выбора нет – будешь моей, Родионовна! – Барсов, я замужем! – У всех, Арина Родионовна, свои недостатки. А если серьезно, я тут выяснил – разводишься ты. Так что убегай, не убегай, все равно догоню и… – И что? – И женюсь на тебе, училка! Влюбиться в бывшую училку так, что крышу сносит? Могу, умею, практикую. Три года назад я пытался сделать ее своей, но был послан на хутор бабочек ловить, а она вышла замуж и уехала. Но судьба свела нас снова. И теперь она от меня никуда не денется!
Арина. Три года назад
– Я не буду принимать у него экзамен! И учить его я больше не буду! Что хотите делайте – режьте, убивайте, наказывайте, но учить этого… его… Я больше не буду.
Негодяй, наглец, нахал, хам и редкостный мажор Ринат Барсов нагло стоял в кабинете у декана, переминаясь с ноги на ногу, и… И смотрел. Ему даже декан был не указ! Наглючий взгляд карих глаз прилип к моей пятой точке и отлипать, кажется, не собирался.
– Барсов, – обратился Георгий Сергеевич к Ринату.
– Что? Я учиться хочу у Арины Роди… Анатольевны, – нахально ухмыльнулся он, переводя взгляд на мою грудь. – Мне немецкий позарез нужен.
Не знаю, кто конкретно додумался дать мне прозвище Родионовна, но есть подозрение, что этот же наглый студент, который вот уже полгода не давал мне жить и преподавать спокойно.
И снова эта широкая нахальная улыбка отъявленного ловеласа без грамма совести.
– Арина Анатольевна, Ринат вот горит желанием продолжать занятия, – прокашлялся декан.
– Я горю, – тут же закивал этот засранец, – желанием, да. Учиться, Арина Анатольевна, а не то, что вы сейчас подумали.
И нагло мне подмигнул!
А потом поднял руку и провел кончиками пальцев по своей щеке, на которой алели три свежие царапины, оставленные мной в порыве гнева, когда он пытался поцеловать меня прямо в аудитории. Посмотрел на меня из-под ресниц и послал очередную улыбку.
Позор какой!
Этот наглый мальчишка-третьекурсник не оставлял меня в покое с самого начала учебного года, когда я стала преподавать у третьего курса, но сегодня перешел все мыслимые границы!
Год назад я устроилась в университет преподавать немецкий язык будущим бизнесменам и надеялась, что здесь соберутся серьезные студенты. На поверку оказалось, что это сборище нахальных мажоров.
Правда, в моем случае – только одного. Ринат Барсов был сыном одного из главных застройщиков нашего города и единственным его наследником. Кажется, мальчишка этот с детства не знал отказов, иначе как объяснить, что мое «нет» он категорически отказывался слышать?
Был, конечно, один небольшой плюс в его внимании ко мне – больше ни один студент мужского пола не смел мне и слова поперек сказать, не говоря уже о чем-то бо́льшем. Кроме, разумеется, самого́ Барсова, который умудрялся срывать мне лекции, караулить в перерывах в коридоре и смотреть.
Каждый раз он так смотрел, словно я перед всей группой голая стояла, заставлял краснеть как первокурсницу и забывать тему лекции.
Его не могло сбить с цели ничего – ни декан, ни ректор, ни мои робкие и не очень попытки вразумить его, что я старше и вообще преподаватель!
Непробиваемый, наглый мальчишка, который умудрился мне в лицо заявить, что проще дать и получить удовольствие, чем объяснить, почему нет!
Сегодняшняя его выходка с поцелуем стала последней каплей, после которой мы оказались в кабинете декана.
– Что у вас произошло? – с тяжелым вздохом уточнил Георгий Сергеевич. – Барсов – один из наших лучших студентов, Арина Анатольевна, у него отличная успеваемость.
– Даже любопытно, когда он умудряется все успевать, – пробурчала я и поправила очки.
Ринат, заметив этот жест, сглотнул и машинально подался вперед. Ко мне. А я попятилась назад, приметив для себя статуэтку слона на столе декана.
Не могу больше! Хватит этой осады диких кочевников беззащитной меня!
– Талант, Арина Родионовна! – прошептал Барсов. – Я всесторонне одарен и талантлив, а вы все никак мои таланты проверить не хотите.
И так он это сказал, что мне сразу же стало ясно, о каких таких талантах он говорил.
– Вы отвратительно владеете немецким языком, – я очень старалась быть хладнокровной, но он же каждым словом выводил!
– Я прекрасно владею языком, – сказал он, облизывая губы кончиком того самого языка.
Мне стало жарко, а стукнуть Барсова захотелось как никогда раньше.
– Вы не сдали мне зачет!
– Разумеется, как я вам могу его сдать, если вы его не принимаете? – изумился он так, словно не Барсов устроил на зачете целое представление!
На трех зачетах, если быть точнее! И был логично не допущен до экзамена!
– Потому что вы не знаете материал!
– Знаю, – хмыкнул он, – проверьте.
Георгий Сергеевич перевел просительный взгляд на меня, очень стараясь как-то урегулировать конфликт, а этот засранец словно специально издевался надо мной!
– Подготовьтесь хорошо к завтрашнему дню, сдадите повторно, – процедила я сквозь зубы.
– Не извольте беспокоиться, – ответил он мне на чистом немецком, – подготовлюсь и покажу вам, как я умею владеть языком. Немецким, а не то, о чем вы подумали. Хотя…
Подмигнул, развернулся и вышел, оставляя меня рвать и метать.
– Арина Анатольевна, я вас понимаю. Вы очень привлекательная женщина, хоть и пытаетесь выглядеть скромно, но… Я думаю, что ваше решение уволиться – самое разумное в данной ситуации.
Конечно, зачем воспитывать сыночка бизнесмена, лучше попрощаться со мной – обычным преподом. А учитывая, что дядюшка моего самого надоедливого и упертого студента был спонсором нашего университета, все козыри были в руках этого наглеца.