Кайнокс возвышался надо мной, прижимаясь всем телом. Его плотоядный взгляд, оторвавшись от моей быстро вздымающейся и опускавшейся груди, устремился к моим пересохшим губам.
– Ай-я-яй, Анилесс Пайн, вся такая невинная и честная простушка, как тебе не стыдно подглядывать?
Я открыла рот, чтобы ответить, но из него вырвался лишь судорожный вздох. Следом за которым меня сгребли в охапку и моими губами завладели в яростном поцелуе.
Кайнокс действовал так требовательно и жадно, что на миг мне показалось, наши рты сплавились воедино, а схлестнувшиеся языки исполняют танец войны. Ноги стали ватными. Мысли разбежались. Ладони легли на крепкую мужскую грудь, то ли в попытке оттолкнуть его, то ли прижать к себе еще ближе.
Где-то глубоко в сознании, голос рассудка вопил от бессилия, требуя угомонить мерзавца. Но упрямые чувства таяли под властным напором, заставляя меня отвечать темному с неменьшей страстью.
Сколько не отрицай, мне нравилось ощущать его близость, его прикосновения, поцелуи. Мне было мало, хотелось большего. Раствориться в них без остатка. И даже понимание, что это не я – размазня, а мной управляет брачная метка, никак не спасало ситуацию.
В глубине коридора раздалось смущенное покашливание, но, когда мы с Ноксом отпрянули друг от друга, тяжело переводя дыхание, свидетель нашего краткого безумства уже исчез. Скорее всего это был кто-то из нанятых Боргером людей. Вряд ли сам кобольд решился бы беспокоить своего любимого хозяина.
Стыд обрушился внезапно, накрыв с головой. Щеки обожгло смущением. Это же надо, вела себя, как девица из борделя и в процессе, даже кажется, постанывала.
Что за сила надо мной у этого мага? Я же в жизни так недостойно не поступала.
– Небольшой совет, детка, – шепнул Нокс, коснувшись пальцами моего подбородка, прошелся по краю и приподнял его, заставляя взглянуть ему в лицо. На красивых губах играла кривая усмешка. В глазах плясали зловещие искры. – Не подкрадывайся ко мне, не следи и не подглядывай. Так ты избавишь себя от нежелательных последствий.
Последние слова он произнес, пройдясь большим пальцем по моим опухшим и все еще влажным губам. Смрадный инстинкт. Едва удержалось чтобы не проследовать за ним языком.
Собрав все имеющиеся в запасе силы и добавив немного из резерва, я, наконец, оттолкнула от себя темного. Он отошел на шаг, но не подумал удивиться или разозлиться, даже бровью не повел.
– Только попробуй повторить что-то подобное и я… я заставлю тебя мучиться!
– Поверь, – уже жестче процедил Нокс, снова приблизившись и наклонившись к моему уху. – Для того, чтобы заставить меня мучиться, достаточно одного твоего присутствия.
Что он хочет этим сказать – я мешаю ему жить, причиняю боль? Или его тоже тянет ко мне против воли? Если последнее, не удивительно, что он так пытается разорвать нашу связь. Наверное, эти чувства напоминают ему о возлюбленной, которую он так рано потерял.
На мгновение мне стало его жаль. Изо рта готовы были вылететь слова сочувствия. Но тут очень вовремя за нашими спинами появился кобольд.
– Хозяин, ужин готов. Ждем только вас.
Оторвав от меня жадный взгляд, Нокс весело хмыкнул.
– Вот и отлично.
– А куда делся ваш гость? Он не будет присутствовать?
– Это был не гость, а клиент, – пожал плечами маг. – Мы заключили контракт, я выполнил его просьбу, и он уехал. Вот и все.
Клиент… точно!
Как я могла забыть о просителях, что были здесь до возвращения мага – несчастная супружеская пара и уставший от проделок низшего демона краснощекий мужчина? Я же клятвенно пообещала им помочь, а сейчас ссорюсь с единственным человеком, в чьих силах исполнить эту клятву. Если срочно не исправить ситуацию, в лучшем случае – темный поднимет меня на смех, а в худшем – просто пошлет.
– Нокс, погоди, – бросилась я к нему и схватилась за полы его сорочки. Что там говорила Кларисса? Если я попробую его соблазнить, он падет к моим ногам? Я подняла беззащитный взгляд. Прикусила нижнюю губу. – У меня к тебе будет еще одна… кхм… две просьбы. Пожалуйста, выслушай.
Его изящные брови от удивления приподнялись. Но не успел он ответить, как мой палец, уткнувшись в его грудь, медленно пополз вниз.
Готова поклясться, у него дернулся кадык. Моя же рука мелко дрожала. Приходилось мысленно успокаивать себя, повторяя, что все ради благого дела.
– Говори, – голос прозвучал сипло, как у больного простудой.
Неужели змея была права и ее метод действует?
– До того, как вас посетил беловолосый господин, в замок приезжало еще несколько просителей…
Я кратко изложила проблему каждого, добавляя историям больше драматизма. Вдруг в Ноксе проснется жалость, чем лысый орк не шутит? Но стоило закончить рассказ, как все надежды рассыпались прахом. В глазах темного не проснулся даже мало-мальский интерес.
– Скукота.
– То есть, ты отказываешься им помочь?
Меня пронзили ироничным взглядом.
– Я скорее удивлен, что ты думала, я соглашусь.
