Как проиграть в любви полностью

Похоже, отсутствие у меня энтузиазма их огорчило, что не замедлила продемонстрировать другая блондинка, несколько раз открыв и захлопнув рот, как бы с намерением что-то сказать, но передумав. Или на самом деле ей и нечего было сказать?

– Они скоро придут?

Блонда вытянула шею, чтобы заглянуть мне за плечо – так, словно близнецы прячутся где-то в доме, а я вру, что их нет. Или, может, она пыталась выяснить, нет ли у меня кого-нибудь в гостях.

– Без понятия. – Я прищурился. – Вам не холодно?

Они как по команде задрожали.

– Очень холодно!

– Почему же вы без пальто?

На улице было явно ниже нуля.

– Пальто не сочетается с платьями.

М-да…

– Отстой, – протянул я. Будь я бычком, на этом месте я бы принялся жевать – настолько мне наскучил этот разговор. – Что-нибудь еще?

У меня были дела поважнее, тем более что эти трое вообще не в моем вкусе. Мне нравятся женщины, имеющие достаточно мозгов, чтобы в такую холодрыгу носить верхнюю одежду, господи ты боже мой.

– Можно войти? – Брюнетка оказалась самой смелой, чтобы напрямую об этом спросить. На ней было меньше всего одежды. Она дрожала как листочек на ветру, облаченная в одно лишь серое серебристое платье на тонких бретельках.

– Не-а. – Я оттолкнулся от дверного косяка, потер ладони друг об друга и взялся за дверь, собираясь ее закрыть. – Ну, девчонки, еще увидимся. Не мешало бы вам что-нибудь надеть, свитер там или типа того.

– Какой же ты говнюк! – заявила одна из них. Ее длинные серьги бликовали в свете лампы на крыльце.

– Ого, как остроумно, – ухмыльнулся я. – Если я такой говнюк, зачем же вы стремитесь попасть ко мне домой?

И я с превеликим удовольствием захлопнул дверь у них перед носом.

– Клянусь, я тебя не преследую.

– Действительно, – протянула я. – И поэтому ты тут? Опять?

Он швырнул свои шмотки на соседнюю парту и уселся рядом со мной безо всякого приглашения. Не то чтобы оно требовалось, но с его стороны все-таки было бы вежливо спросить разрешения.

– У нас общий предмет, – пробормотал он. – Расслабься.

Я резко повернулась к нему:

– Разве ты не знаешь, что это способ вывести из себя любую женщину – сказать, что ей нужно расслабиться?

– Да? – Судя по тону, ему это было до лампочки. – Странно.

Он включил свой компьютер, не обращая ни малейшего внимания на мое возмущение.

– Почему ты сел тут? Кругом миллион других мест.

Он поднял бровь:

– Неужели? Так уж и миллион?

Господи, какой же зануда.

– Серьезно, почему ты сел здесь?

Мне действительно хотелось знать. И почему я сразу не положила на ближайшее сиденье сумку с книгами?

– Потому что ты такая дружелюбная и приветливая.

– Да, я такая, спасибо. – Море сарказма и ни единой капли искренней благодарности.

Мы оба смотрели прямо перед собой, и я старалась игнорировать его существование, что было не так уж просто, учитывая, сколько пространства он занимал своим огромным телом, размеров которого я раньше и не замечала. Сегодня он был в серых спортивных штанах, темно-сером худи и без шапки. До этого всякий раз, когда я с ним сталкивалась, на нем был головной убор, и сейчас вид его густых, черных как смоль волос производил сильное впечатление.

Смотри вперед, хватит на него пялиться! У него мощные бедра – это ясно любому, кто имеет зрение. Хоть эти спортивные штаны скрывают их. Проклятье! Почему парты стоят так близко? Разве между ними не должно быть какого-то расстояния? Я старалась не замечать резкой линии его подбородка. Не замечать, что от него пахнет вроде бы одеколоном. Не замечать его большущих рук, огромных ладоней. Пальцев, которые полностью закрывали клавиатуру, когда он клал их на ноутбук… Короче, я смотрела прямо перед собой.

– У тебя есть карандаш?

К чему этот вопрос? Он же использует компьютер.

– Нет.

– А конфета?

Что?

– Нет.

– Протеиновый батончик?

– Ты не мог бы потише? – зашипела я, оглядываясь вокруг, чтобы проверить, не подслушивают ли нас. – Некоторые хотят послушать, что она рассказывает.

Перед аудиторией профессор Ребекка Робинсон рассуждала об аспектах бизнес-коммуникации в сфере обслуживания клиентов и о том, какие изменения она претерпела после появления социальных сетей. По крайней мере, так гласил заголовок на слайде презентации.

Тем временем Даллас, покопавшись в отделениях своего чехла для ноутбука, выудил оттуда очки в черной оправе. Затем медленно надел их и подтолкнул по спинке носа таким жестом, от которого у любой женщины в мире могла бы случиться спонтанная овуляция. Ладно, он шикарно выглядит. Подумаешь! Главное, что он козел, в чем я уже имела счастье убедиться.

– Что-нибудь слышно от Диего? – прошептал он, печатая на ноутбуке конспект лекции, – ну прямо весь внимание.

В то время как я едва ли уловила и пару слов из речи профессора Робинсон.

– Нет.

Он фыркнул:

– Неудивительно. Бесхребетина.

Тык. Тык. Тык. Он печатал с поразительной для парня с такими громадными лапами скоростью.