Когда я облизал один из них, а потом слегка подул на него, она сладко застонала, ритмично двигая бедрами.
– На тебе есть нижнее белье? – спросил я, едва дыша.
– Да.
Ни слова больше. Я тут же принялся стягивать с нее штаны, на что ушло несколько неловких секунд, в какой-то момент мне даже показалось, что она, помогая мне раздевать ее, потеряет равновесие и упадет на диван.
Когда все было готово, Райан вместо того, чтобы снова взобраться на меня, как я ожидал, вдруг опустилась на пол и встала передо мной на колени. Она стала целовать меня, спускаясь все ниже.
– О боже…
Я хотел прикоснуться к ней, провести рукой по ее длинным волосам, но вся кровь отхлынула от мозга в другое место, поэтому координировать свои движения я был не в состоянии. Вместо того чтобы схватить ее за волосы, я нащупал и сжал в ладонях диванные подушки. Райан Уинтерс целовала меня так нежно, будто сегодня был мой день рождения. От невероятно приятного ощущения в теле я возвел глаза к небу и зажмурился.
– Вот черт… У-у-у, да, да… – задохнулся я.
Я смотрел сверху на ее голову, смотрел, как она неистово целует меня внизу, и от того, как она берет его в рот, мне нестерпимо захотелось кончить…
– А-а-а, я кончаю, – прохрипел я, слабо пытаясь отстраниться на тот случай, если она предпочтет закончить дело рукой.
Но она предпочла другое. Я сразу должен был догадаться.
Глава двадцать седьмая
Райан
Не знай я его как следует, подумала бы, что Даллас Колтер гладит меня по волосам. Было бы неплохо, учитывая, что я только что была не хуже порнозвезды. **откинула волосы назад**
Я все еще стояла перед ним на коленях, не зная, что делать дальше. Потом поднялась и встала между его ног, и вдруг, к моему удивлению, его руки обхватили меня за талию. К еще большему удивлению, он поднялся, подхватил меня под бедра, так что мои ноги сами собой обвились вокруг его торса, и понес в другую часть комнаты.
– Куда мы?
В спальню – он принес меня в спальню, положил в центр кровати и, нависнув надо мной, стянул с меня трусики. Одна из его ног свесилась с кровати, другая была согнута в колене, а лицо опустилось прямо к низу моего живота. Даллас Колтер, ласкающий меня языком внизу, – это прекрасное зрелище. Но мне было этого мало. Удивительно, как сильно мне захотелось ласкать его тоже, ведь я редко делала это в других отношениях, потому что никогда не считала, что хороша в этом. Но сегодня! Мне захотелось взять в рот у Далласа с той секунды, как я взобралась на него. И что за красавчик этот
Даллас тем временем продолжал свои ласки, усиливал темп все больше, двигая по кругу большими пальцами, что добавляло остроты моим ощущениям. Его локти вжимали мои колени в кровать. Просто жара.
– Черт, как же ты горяча, – простонал он, не отрываясь от меня, – как чертовски сексуальна.
Одной рукой он водил по моему телу, мягко сжимал мне грудь. Невыносимо хотелось, чтобы он вошел в меня. Мне так сильно хотелось почувствовать его внутри, что я приподнялась на локтях, чтобы посмотреть, готов ли он снова, и, если да, я готова была умолять его войти в меня – любая уважающая себя девушка так бы и поступила. Хотелось, чтобы он немедленно в меня вошел. Я заслужила это после месяца, что провела рядом с Далласом! Мои рассеянные мысли вдруг сконцентрировались в одном слове… Презервативы.
Я купила их, когда думала, что должна быть готова к визиту Диего, но за ненадобностью совершенно новая коробка так и осталась нераспакованной и собирала пыль в верхнем ящике.
Даллас елозил бедрами по покрывалу, как будто не может больше сдерживаться. О, эти мощные бедра являли собой эталон античной красоты. Я полюбовалась им несколько секунд, после чего тронула за плечо. Он поднял голову. Расфокусированный взгляд. Блестящие губы. Взлохмаченные волосы.
– Я хочу тебя очень сильно, – сказала я ему прямо, не тратя время на скромность. – Пожалуйста.
К чему было это «пожалуйста»? Боже, Райан, ты же не думаешь, что он бы тебе отказал? Он уже готов, уже понятно, что ты ему очень нравишься.
Так вот что значит иметь друга с привилегиями?
– У меня с собой нет защиты, – прошептал он, не отрывая пальцев от меня.
Хороший мальчик. Умный.
– У меня есть, – вздернула я подбородок. – В верхнем ящике.