Я кивнула:
– Позволяю.
Можешь взять меня за грудь. Можешь забраться на меня. Можешь делать со мной все, что захочешь. Можешь, можешь, можешь. Зеленый свет. Проход открыт.
Вот уж на что я не рассчитывал, входя в раздевалку после окончания тренировки, так это на то, что Диего устроит мне там засаду, хотя стоило бы предположить, ведь это его любимое место, чтобы загнать меня в угол. Здесь началась эта дебильная история, и здесь она закончится.
– Ты все еще общаешься с Райан?
Общаюсь? Ну-ну.
– Это твой вежливый способ узнать, почему меня сфотографировали целующимся с ней на парковке стадиона?
Наполовину одетый в спортивную экипировку, он неподвижно стоял с бутсами в руках.
– Да, считай, что это мой вежливый способ узнать, почему тебя сфотографировали целующимся с моей бывшей девушкой на парковке после нашей игры.
Я пожал плечами:
– Камера показала все как есть.
Он перекатился с пяток на носки:
– Перестань вести себя так, будто не понимаешь, к чему я клоню. Разве ты не знаешь о братском кодексе?
Я помедлил. Затем, так же не торопясь, снял с плечей каркас и положил его на скамейку перед своим шкафчиком.
– А ты, чувак, перестань вести себя так, будто тебе есть до нее дело. Если бы она стала встречаться с кем-то другим, для тебя это имело бы значение?
– Я не об этом.
– Тогда о чем?
Я встал, широко расставив ноги и скрестив руки на груди. Мои волосы были пропитаны потом, лицо раскраснелось от прилива адреналина во время тренировки.
– О братском кодексе.
– Твой якобы братский кодекс – полная лажа, и сейчас я расскажу тебе почему. – Не двигаясь с места, я продолжил: – Готов? Первое, ты ее бросил. Второе, – отогнул я палец, – у тебя не хватило смелости сделать это самому. Третье, вы даже не прикасались друг к другу. Мне продолжать? Потому что есть еще и четвертое.
– Валяй.
– Четвертое, ваши отношения длились целых два месяца, и о них ровным счетом нечего сказать. Ты хоть раз вздрочнул, представляя ее голой?
У меня-то такое было. Пока Диего стоял и тупо смотрел на меня, я сделал себе мысленную пометку написать Райан после того, как разберусь с этим придурком, и назначить ей свидание. Пора бы уже. Диего явно присмирел от моих аргументов, его плечи опустились, вид у него был понурый.
– У меня чувство, что ты провернул это все за моей спиной.
– Чувак, ничего не могу поделать, мы сошлись с ней. Нас притянуло друг к другу, кстати, благодаря тому, что я выполнил твою просьбу. Райан просто офигенная! Конечно, мне хотелось проводить с ней как можно больше времени.
Это было неизбежно. Судьба, как сказала бы Поузи.
– Ты должен был спросить меня.
От этих слов я прямо взвился:
– Что, прости? Ты хотел, чтобы я попросил у тебя разрешения встречаться с девушкой, у которой есть свобода воли вообще-то? Она могла бы отказаться, когда в тот вечер я предложил подкинуть ее домой, но все же села в мою машину.
Надо было спросить у него разрешения – ну ничего себе.
– Я не то имел в виду. Просто мог бы предупредить.
Хорошо. Признаю, что, возможно, это было бы правильно. Учитывая, что он мой товарищ по команде и все такое и я знаком с ним дольше, чем с Райан. Намного дольше. Мы с Диего прошли на игровом поле через огонь и воду. Но, честно говоря, с Райан мы тоже прошли через многое. А именно через медные трубы в противостоянии СМИ.
– Ты прав.
Он поднял брови:
– Ты серьезно?
Я закатил глаза:
– Конечно, серьезно. Ты прав. Я действительно мог бы предупредить тебя, чтобы тебе не пришлось узнавать об этом из новостей, как всем остальным.
Это было очень близко к настоящему извинению, и, получив то, что хотел, Диего отступил на пару шагов назад.
– Спасибо, раз так.
Я кивнул, думая, что вопрос закрыт, что Диего теперь оставит меня в покое, чтобы я смог переодеться, принять душ и свалить отсюда домой. Я умирал с голоду. Мне хотелось есть, а не слушать его нытье.
– Просто интересно, почему ты захотел с ней встречаться. Это… как-то бессмысленно. Мне так трудно было уговорить тебя порвать с ней за меня.
– Чувак, ты сказал, что заплатишь мне, чтобы я ее бросил. Кстати, вообще-то ты мне так и не заплатил, так что…
Я повернулся к нему спиной, чтобы снять с себя насквозь пропитанную потом футболку.
– А когда именно вы начали встречаться?
Положив руки на резинку своих бриджей, я медленно повернулся к нему лицом:
– К чему ты клонишь?
Конечно, он недостаточно умен, чтобы сложить кусочки пазла воедино. И конечно, не мог слышать о нашем соглашении с Райан – я не говорил об этом никому, кроме своих братьев. Кроме них, об этом знали еще только два человека – Райан и я. Если только… она не рассказала об этом кому-то еще.
