Появление Лары на роликах спасло бедного пса от не в меру разговорчивого маленького гостя, он снова оседлал свой «лисапед» и стал преследовать новую «жертву». Дефне и Седа, пользуясь хорошей погодой, не спеша прогуливались по парку, останавливались у клумб полюбоваться цветущими хризантемами и георгинами. Дефне, наконец, смогла обойти дом кругом, он содержался в образцовом порядке, с обратной стороны дома она заметила стеклянную пристройку – это была оранжерея. Небольшое пространство было сплошь заставлено горшками разного размера с цветущими растениями. Седа сказала, что Хелена сама занимается цветами, хотя в доме есть приходящий садовник. Патрика нигде не было видно, и Седа тоже не знала, где он.
— Я заметила, вы перешли на «ты»? — спросила она.
— Получилось как-то само собой. Ты думаешь это неправильно?
— Не знаю. Он все равно меня не послушает. Дефне, ты ему очень нравишься, но не давай ему напрасных надежд, если продолжаешь любить Омера. Попытайся сохранить дистанцию, пока что-то для себя не решишь.
Патрик стоял у окна кабинета отца, глядя на гуляющих во дворе гостей. Он зашел сюда за книгой и задержался, погруженный в свои мысли, даже не заметил матери, которая неслышно подошла сзади и смотрела через его плечо.
— Она чрезвычайно соблазнительная маленькая женщина и не глупа. — отметила мать.
— Дефне – экзотический цветок в нашем мире лицемерия и зависти. Я даже не думал, что такие еще остались. Открытая, естественная, добрая и при этом сама не понимает, какая она редкая жемчужина. В ней какое-то колдовское очарование.
— Патрик, вот сейчас ты меня пугаешь. А если она не ответит тебе взаимностью? Если ты для нее очень хороший, любимый, но просто друг?
— Да, такое может быть. Значит буду другом, пока смогу.
Мать хотела еще что-то добавить, но он не стал слушать и, забрав книгу, вышел.
После длительного пребывания на улице, пообедав, Мерт заснул почти мгновенно. Во второй половине дня погода испортилась, заморосил дождь, о прогулках на улице пришлось забыть, и Дефне читала сыну книги, которые нашла в библиотеке, когда к ним в комнату зашли Седа с Ларой, а следом Патрик, который принес цветные карандаши, фломастеры и бумагу для рисования, чтобы дети занялись творчеством, не требуя постоянного внимания взрослых.
Пришло время собираться на ужин. Дефне одела платье, в котором была вчера, по правде говоря, другого у нее здесь и не было. Волосы заплела в косу и подняла наверх, закрепив заколкой, несколько локонов оставила у лица. Тщательно подкрасила глаза, а губы более яркой, чем обычно, помадой. Поручив сына вниманию Айшегюль, она спустилась в гостиную, где уже ждал Патрик, он был в брюках и зеленом пуловере, одетым на рубашку, этот цвет ему очень шел, делая ярче его зеленые глаза. Несколько минут спустя появилась и Седа. К ее большой радости, Патрик решил ехать в Корвете, адрес ресторана уже был занесен в его навигатор.
Омер ждал приезда Дефне. Дядя позвонил ему вчера поздно вечером и сообщил, что Дефне подтвердила ужин, но приедет с друзьями, у которых проводит выходные дни. Омер понял о ком идет речь и ему стало досадно, что ужин, на который он возлагал определенные надежды, превратится в испытание для нервов, потому что ему придется наблюдать, как этот американский красавчик обхаживает его Дефне. Седа и Патрик Пошэ были теми людьми, которые не дали ей пропасть в чужой стране, и, любя Дефне, он был бы им благодарен, если бы не видел, какими глазами этот художник смотрит на нее. Они оба хотят одного и того же – ее, только Омер хочет вернуть ее себе, а Патрик – удержать возле себя. Омер ревновал и справиться с этим чувством, видя ее бок о бок с соперником, он не мог.
Первыми приехали дядя и Суде. После того неприятного телефонного разговора он с ней больше не общался и не пытался наладить с ней контакт, хотя бы и на время его пребывания в Нью-Йорке. Они поздоровались довольно холодно, и она опять что-то съязвила по поводу ожидания длиной в три года. Но он не слушал ее, потому что увидел вошедшую в ресторан Дефне.
На ней было платье-футляр лилового цвета, с глубоким круглым вырезом, чокер в тон платья красиво обхватывал тонкую, длинную шею, волосы были убраны наверх, открывая белоснежную кожу зоны декольте, ее янтарные глаза блестели. Она была красивее, чем он ее помнил, мужчины смотрели ей вслед. За ней шла Седа, и замыкал группу Патрик, все трое подошли к столу, приветливо улыбаясь. Дефне кивнула Омеру, тепло поздоровалась с Суде и обняла господина Неджми. Он выразил восхищение ее красотой и попросил представить их ее друзьям.
Обращаясь к семье Ипликчи Дефне сказала:
— Знакомьтесь: мои очень близкие друзья, Седа Беренсаль, арт-директор и Патрик Пошэ, владелец галереи, где я работаю.
А затем также непринужденно представила и само семейство Ипликчи:
— Это господин Неджми Ипликчи, человек, который поддерживал меня в трудные моменты жизни. Суде ‒ его дочь, именно с ней я приехала сюда. И мой бывший муж Омер Ипликчи.
