А нет, отбой тревоги. Диктатор всё ещё с нами. Я обошла стол, и села прямо напротив босса. На столе и правда было куча всего, даже глаза разбегались. Ох, чую я, если бы такое разнообразие всегда было на моих завтраках, не так и легко было бы таскать меня на руках.
— Я не могу на работу сразу поехать. Я в этой одежде уже буду тогда третий день. Вы сможете меня до дома быстро подкинуть? Я приму душ, переоденусь, и на работу сразу же приеду — как-то я совсем осмелела после последних дней, но Марат Александрович, кажется, особо этого не заметил.
— Хорошо. Заедем к вам. Полчаса вам хватит? Потом вместе поедем на работу. — Я даже чуть не подавилась круассаном, который был в этот момент в моём рту. Он что, собирается зайти ко мне домой? Вряд ли же он будет ждать меня в машине.
Я лихорадочно начала вспоминать, когда я последний раз убиралась. Моя квартира и так была неприглядной, а я ещё и привыкла, обычно, к приходу гостей хотя бы делать лёгкую уборку.
— Думаю, вполне. — Аппетит от всех этих мыслей почти пропал, но я лениво дожевала уже надкушенный круассан, и допила кофе.
— Что-то вы сегодня совсем как птичка. А я уже хотел попросить повара отработать с утра дополнительную смену — ехидно заметил Марат Александрович, когда я встала из-за стола.
— Ну хватит уже. Нормально я ем. Просто мне редко удается увидеть такое разнообразие, и хочется всё попробовать. Ну а когда попробовала — надо доесть. Меня так с детства учили. — Прозвучала моя тирада максимально жалко, даже для меня. Ну и ладно.
Дом босса оказался всего в нескольких минутах езды от офиса, и, теперь для меня было максимально нелогичным то, что мы от его дома ехали к моему, который был значительно дальше, и потом должны будем возвращаться обратно.
— Этот Марк вам больше не писал?
— Нет, сообщений больше не было. А вчера возле входа в офис это вы его высматривали, когда притормозили?
— Да, но ничего не увидел. Либо его там не было, либо он хорошо шифруется. Я предупредил охрану, чтобы если они кого-то увидят, сразу сигнализировали мне.
— Спасибо, я до этого не знала вообще, что делать, и к кому обратиться, поэтому, наверное, и сбежала вообще из города. Мне сейчас намного спокойнее, когда вы знаете обо всей ситуации.
— А родители, друзья? Они что говорили на этот счёт?
— У меня нет родителей уже давно, разбились в аварии. Мне было тогда 17 лет, так что я год жила и училась в детском доме.
— Простите, я не знал.
— Да ничего, я уже спокойно об этом могу говорить.
— Ну друзья же у вас были наверняка?
— Друзья были, но в основном из этого самого детского дома. Я, когда рассказывала свою ситуацию подруге, она говорила, что я дура. Что надо использовать шанс, встречаться с ним женатым и доить из него деньги. Не понимала, почему я так категорично настроена.
— Ясно.
Когда Марат Александрович вылез из машины у моего дома, кажется, каждому, кто мог его заметить здесь, было очевидно, что он не из этого мира, и совершенно не вписывается в картинку.
От него просто веяло лоском, деньгами, силой и властью, и старая пятиэтажная хрущёвка совсем никак не вписывалась в этот список.
Я нерешительно шла впереди него, внутренне сотрясаясь от его будущей реакции на место, где я живу. Нет, я не сказала бы, что всё было совсем плохо. Но сейчас он из своей двухуровневой суперсовременной квартиры попадёт в царство мебели родом ещё из СССР, скрипучих полов и запаха старых обоев.
К его чести, зайдя в мою квартиру, он оставался таким же бесстрастным, как обычно. Места в прихожей, казалось, совсем не стало, когда мы оказались там вдвоём, но кое-как нам удалось разминуться.
— Я постараюсь как можно быстрее. — Жестом я пригласила Марата Александровича пройти в гостиную, где стоял диван. Он как-то отстраненно на него посмотрел, и почему-то выбрал сесть на табурет, стоящий рядом, и обычно служащий мне в качестве прикроватной тумбы.
Я почти успела уйти в ванную, когда в дверь позвонили.
— Может быть, соседи — сказала я боссу, хотя, за всё то время, пока я жила здесь, соседи ко мне не приходили ни разу.
Оливия
Я посмотрела в дверной глазок, но это мне ничего не дало, поскольку на лестничной площадке было темно. Я вкрутила новую лампочку на этаже только на прошлой неделе, но её опять кто-то «взял».
— Кто там? — спросила, и сама удивилась тому, как высоко прозвучал мой голос.
— Твой старый знакомый — этот голос мне был хорошо знаком. И как же мне повезло, что я не отказалась от предложения босса, и он сейчас был здесь со мной.
Чёрт. Откуда Марк вообще узнал, где я живу? Меня начинала серьезно пугать его осведомленность. В это время я обычно на работе, и если он пришел, когда с оказалась здесь, то значит ещё и как-то понял, что я вернулась домой.
За моей спиной раздались шаги, и я почувствовала, как Марат Александрович отодвигает меня от двери, и сам открывает её.
— Оливия, подождите в комнате, пожалуйста. Я здесь сам разберусь.
За дверью стоял Марк, с большим букетом в руках. Несмотря на то, что сказал мне босс, я никуда не ушла, а осталась стоять за ним.
