Как спасти жизнь полностью

Младший широко улыбался. Видимо, он забыл о своей обиде, ведь последние несколько недель я вел себя с ним достаточно холодно.

В поисках поддержки Шейн посмотрел на Норму, но та лишь поджала губы и пробормотала:

– Следите за выражениями, пожалуйста.

Я поднял стакан из-под сока и окружил себя коконом счастья, чтобы не позволить Шейну добраться до меня, как он обычно делал.

– Она моя девушка, так что следи за собой.

«Девушка». Я ощутил в душе прилив радости. За наносекунду хмурое выражение моего лица сменила улыбка.

– Она моя девушка, – повторил я, словно смакуя слово. Удивительно, во второй раз я испытал те же эмоции.

Шейн фыркнул.

– Девушка. Со шрамом на половину лица.

– Ну и что? – рявкнул я.

Шейн скривил губы.

– Ты не мог найти кого-нибудь лучше этой шлюхи со шрамом?

Он толкнул локтем Мерла, который поглощал овсянку, роняя ее мимо рта.

Пытаясь успокоиться, я стиснул зубы.

– Иди и выбери себе смокинг, Эван. – Голос Нормы прозвучал так, словно ножом провели по стулу. Все за столом, включая меня, снова застыли. Она лишь выгнула бровь, намазывая масло на тост. – Сегодня после школы поедешь в Хэлстон. Я дам тебе свою кредитную карту, и ты возьмешь ее с собой в магазин.

Я открыл от удивления рот, а потом взглянул на Харриса.

– Я должен работать в магазине.

Норма промокнула рот салфеткой.

– Я не хочу, чтобы в такой вечер вы выглядели убого. Какого цвета будет платье Джо?

Мне потребовалось мгновение, чтобы обрести голос.

– Не знаю. Она хочет сделать мне сюрприз.

– Тогда иди в черном смокинге. Бутоньерку выбери белую. Прекрасно сочетается с любым цветом.

Ощущая странное тепло в груди, я мог только смотреть. Я не испытывал этого чувства уже много лет. Если это вообще когда-либо происходило.

– Хорошо, – ответил я слабым голосом.

И тут же почувствовал на себе пристальный взгляд Шейна. Ничтожное дерьмо. Чем больше счастья я испытывал, тем сильнее он старался его отнять или все испортить. Я поклялся себе, что ничто не уничтожит вечер выпускного. Злоба Шейна не затронет Джо.

Я предостерегающе зыркнул на него и сказал Норме:

– Спасибо.

Она фыркнула.

– Мальчики, посуда.

Это означало, что завтрак окончен. Мы убрали тарелки, когда я ощутил уничтожающий взгляд Шейна.

– Смотрите, кто идет на бал, – усмехнулся он, уставясь на кухонную раковину, – наша собственная Золушка. Но там тебя будет ждать не принцесса, а шлюха со шрамом…

Он тут же заткнулся, когда я навис над ним, загоняя в угол между шкафами.

– Может, хочешь повторить? – убийственно спокойным тоном поинтересовался я. – Давай, Шейн, скажи еще раз.

– И что ты сделаешь? – заявил он, широко раскрытыми глазами глядя на меня. – Врежешь мне так же, как Джареду? Ты же не думаешь, фрик, что все забудется? Его родители в бешенстве. Они собираются подать в суд. И выдвинуть против тебя обвинения.

– Пусть, – не испугался я.

Мерл проскользнул между нами. Готовый к драке, он оттолкнул меня, но Шейн отмахнулся. Он поправил футболку на своей костлявой впалой груди и мрачно рассмеялся.

– Продолжай, фрик. Наслаждайся той, кем попользовался Мэтт Кинг, и фантазируй о выпускном вечере, пока можешь.

Тяжело опираясь на трость, он пошел прочь. Мерл последовал за ним, словно родился лишь для того, чтобы защищать Шейна. Гаррет появился у меня за спиной.

– Привет, Эван, – тихо произнес он. – Я рад, что ты идешь на танцы.

Следовало посоветовать ему не совать нос не в свое дело. Защитить. Но малыш так открыто и мило смотрел на меня, что я опустился на колени и обнял его.

– Спасибо, приятель, прости, что в последнее время вел себя как задница. – Он рассмеялся над неприличным словом. – Я просто хочу обезопасить тебя.

– От чего?

– От Шейна и Мерла. Я не хочу, чтобы они злились на тебя из-за хорошего отношения ко мне.

Он посмотрел на меня как на сумасшедшего.

– Ты мой брат. Конечно, я хорошо к тебе отношусь.

Гаррет потрепал меня по макушке и выскочил из кладовки. Грязные слова Шейна о Джо исчезли, я почувствовал, что хочу сбежать. Или улететь.

А может, уплыть.

В вечер выпускного я находилась на грани нервного срыва. Постукивая ногтем по передним зубам, я положила платье на кровать и уставилась на него. Я купила его в торговом центре Хэлстона, а не в секонд-хенде, как планировала. Оно обошлось мне в полторы сотни долларов – гораздо больше того, что я могла потратить из своего дорожного фонда.

«Нашего дорожного фонда», – поправила я себя мысленно. Я зажала рот рукой, сдерживая рыдания. Или, может, неконтролируемый смех. Впервые после маминой смерти мне казалось, что я двигаюсь к цели, а не мчусь вслепую.

Эван.

Господи, как же это со мной случилось?

Я осмотрела платье и перестала беспокоиться о его цене, потому что желала быть красивой для него.