– Нет, не так. Я больше чем скучал. Мне казалось, что от меня откололся кусочек. Последние четыре года я пытался привыкнуть жить без него. Знаешь, это примерно как фантомная конечность. Ее ампутировали, но ты чувствуешь ее и из-за этого все больше и больше желаешь вернуть потерянную часть.
Я отвернулась, ощущая, как стыд опалил кожу.
– Прости, что не поддерживала с тобой связь. Я пыталась…
– Не надо, Джо, ты не виновата, – сказал Эван, и его голубые глаза сверкнули, словно осколки стекла на солнце.
– Правда? Просто с тобой так чертовски плохо обращались. Шейн сделал все, чтобы тебя засадить… – Я покачала головой, сжимая руку в кулак. – Ничего не помогало. Никто не хотел слушать меня.
– Я знаю. Все в порядке.
– Нисколечко. Но я пыталась. Честно. А жизнь… просто расставила все по своим местам. Звучит как жалкое оправдание, но я не лгу.
– Что произошло дальше? – тихо поинтересовался Эван.
– После приговора Джерри не бросил меня. Мне было очень плохо. Наверное, он жалел меня или беспокоился.
– Да, я помню, ты писала об этом. Я очень обрадовался, когда узнал, что ты не одна.
– Это длилось славные шесть месяцев, а потом Джерри умер. Тромбоэмболия легочной артерии. Из-за работы дальнобойщиком он слишком много сидел и плохо питался. Затем я… боролась. – Я посмотрела вдаль, теребя нитку на футболке. – Какое-то время у меня не было дома, жила в машине. В Арканзасе.
– На улице?
– Я не задерживалась на одном месте, поэтому и перестала писать. Позже уехала на юг, встретила Ли, а остальное, как говорится, уже осталось в прошлом. – Я ухмыльнулась. – Мое криминальное прошлое. Как-то так.
– Господи, прости меня, Джо.
– За что? – с горечью осведомилась я. – Сама испортила свою жизнь, точнее она была такой с самого начала.
– Меня не оказалось рядом. Я должен был находиться с тобой.
– А я с тобой. Но нас… разделили.
Он хотел что-то ответить, но остановился, увидев приближающийся знак
А ниже «
По Тридцать пятому шоссе мы въехали на территорию штата Оклахома, но тут Эван отклонился от маршрута, забирая немного на восток.
– Куда мы? – спросила я.
– Эм, в Дэвис, – с небольшой заминкой ответил он. – Есть хочешь? Давай позавтракаем.
– Хорошо, – согласилась я.
Я действительно проголодалась, но он свернул не поэтому. Какой бы внутренний компас ни вел Эвана, он изменил наш курс. Я не сомневалась в этом.
Мы остановились у закусочной «Бумеранг». Я заказала плотный завтрак – яичница с ветчиной, картофельные оладьи, бисквит с подливой, фрукты и кофе – и съела все до последней крошки. Судя по всему, побег от закона разжигает аппетит. Пища снова обрела вкус. Кофе здесь подавали в миллион раз лучше, чем пойло в закусочной Ли и Пэтти. Даже бледная дыня показалась мне пищей богов.
Закончив со своей порцией раньше, я уставилась на сидящего напротив Эвана. Точно такой же завтрак парень поглощал с той же жадностью, что и я. Он заметил мой взгляд, и мы рассмеялись, когда я хрюкнула.
– Неужели все так плохо?
– Не хуже меня, – сказала я. – Кажется, я чуть не съела вилку.
Рассмеявшись еще громче, он едва не подавился беконом.
Пока мы сидели за столиком, Эван рассказал мне о том, как один из наших любимых фильмов, «Воспитывая Аризону», стал культовым для всего тюремного блока. По просьбе заключенных его показывали в общей комнате каждую субботу.
– После «Принцессы-невесты» это самый цитируемый фильм в истории кинематографа, – объявила я.
– Мы ели раков. А когда раки закончились, мы стали есть песок, – произнес Эван протяжным голосом с нарочито южным акцентом.
– Вы ели что? – подыграла я.
– Мы ели песок.
– А ты
После обильного завтрака вырвавшийся у меня смех отдался внутренней болью, которую я не испытывала уже много лет. Сытая и довольная, я не могла отвести глаз от Эвана.
К барной стойке подошли два полицейских, и их пристегнутые к поясу значки и оружие тут же напомнили, что все по-настоящему. Болтая и обмениваясь шутками с официанткой, они не смотрели в нашу сторону. Встретившись со мной взглядом, Эван потянулся за бумажником и положил деньги на стол. Затем мы с непринужденным видом, но быстро покинули закусочную. Когда я закрывала пассажирскую дверь пикапа, мой пульс все еще зашкаливал, но приятная теплота на душе никуда не делась.
Мы остановились у местного магазина, чтобы купить продуктов в дорогу. Повинуясь внезапному порыву, я бросила в корзинку клетчатое красно-белое одеяло для пикника. Потом Эван повез нас по пустынной трассе на север. Дорогу с обеих сторон окаймляли деревья и кустарники. Стояло жаркое лето, и поля вокруг были покрыты зеленым ковром. На лазурно-голубом небе не проплывало ни облачка. Мне казалось, что мы остались единственными людьми на планете.
