В «Отряде 731» «трудилось» 2600 человек. Среди них были 3 генерал-лейтенанта, 6 генерал-майоров, несколько десятков старших офицеров, более 300 младших офицеров и прапорщиков. Но значительную часть составляли сотрудники научно-исследовательских учреждений и ведущие ученые медицинских факультетов высших учебных заведений Японии. То есть в этом учреждении «трудилась» интеллектуальная элита Страны восходящего солнца. Жертвы «ученых» не имели ни имен, ни фамилий. Преступники-экспериментаторы пренебрежительно называли их «бревнами». Так, бывший служащий отряда пояснял: «Мы считали, что „бревна“ не люди, что они даже хуже скота». Все в отряде считали, что истребление «бревен» любыми способами — дело совершенно естественное.
В 1981 году в «Бюллетене ученых-ядерщиков» была напечатана статья, где детально описывались эти эксперименты на гражданском населении. Судья Роулинг из Нидерландов (в то время — последний из живых членов Токийского Трибунала) по этому поводу заметил:
Возможно, уйти от возмездия удалось бы вообще всем японским военным преступникам, связанным с разработкой биологического оружия. Возможно, отрицалось бы даже существование в Японии подобных спецподразделений. Но этому помешал СССР. Спустя всего лишь год после окончания Токийского процесса в Советском Союзе был открыт Хабаровский процесс. Он проходил с 25 по 30 декабря 1949 года. Обвиняемым вменялось в вину создание специальных подразделений — «Отряда 100» и «Отряда 731», занимавшихся производством бактерий, способных вызвать эпидемии чумы, холеры, сибирской язвы. Во время своих экспериментов они заражали живых людей, которых им поставляла японская армия и разведка.
Важность процесса, что проходил в Хабаровске той зимой, отмечается всеми исследователями. Мировое научное сообщество полагает — только благодаря тому, что огромная часть доказательств была представлена во время суда в Хабаровске, мы так много знаем о зверствах, учиненных японским «Отрядом 731».
Суд в Хабаровске проходил в Окружном Доме офицеров Советской армии. Процесс был открытый, зал заседания всегда переполнен. Хабаровск был избран местом проведения данного процесса, так как, согласно японскому плану «Кантокуэн», в котором расписывались наступательные операции против Советского государства, город должен был одним из первых подвергнуться именно бактериологической атаке. В этом плане также значились Благовещенск, Чита, Уссурийск.
Показания против себя подсудимые давали неохотно, заявляли, что якобы они «ничего не знали». Еще бы! Эти изверги занимались дьявольскими экспериментами. Например, ампутировали руки и пришивали их к противоположной стороне тела. Прижизненно анатомировали людей, ставили на них опыты с низкими температурами. Умышленно заражали сифилисом, чумой, сибирской язвой, обезвоживали, истощали и травили их. Некоторые подробности могут впечатлить даже очень хладнокровных людей. Тот же профессор Питер Кузник рассказывал:
На суде в Хабаровске это было доказательно установлено, как и то, что, если заключенный, несмотря на заражение его смертоносными бактериями, выздоравливал, это не спасало его от повторных опытов, которые продолжались, пока не наступала смерть от заражения. Только в «Отряде 731» ежегодно жертвами становились не менее 600 человек. С 1940 года по день капитуляции японской армии истреблено не менее трех тысяч человек.
